Последняя из рода Дариан. Книга 2. Лабиринт

Я не могла понять его природу, потому как не видела раньше ничего подобного. Вроде бы белый, но в то же время прозрачный, словно жидкий фонтан, капли которого растворялись в воздухе.

В сознание прорвалось бормотание, обрывки фраз. Меня попытались поднять, но вдруг стало больно-больно, и я выплеснула эту боль вместе с криком.

– Сипряд уменьшается в размерах слишком быстро. Это аина вытягивает из него силу, – донесся откуда-то справа грубый женский голос.

– Ее резерв поврежден, будто разрублен надвое, – покачала головой Алинда, прощупывая мою грудь.

– Одно другому не мешает. Ее могло зацепить оборванным каналом, притом он не развеялся, а прицепился к девушке. Отсюда оглушение силой и рана. Поэтому сипряд пытался ее убить, хотя подобным образом никогда на людей не нападает.

– Ты сможешь оборвать канал?

– Да, нужно будет сразу же унести девушку подальше отсюда.

– Так, подожди минуту, поставлю заплатки на рану.

Мягкие прикосновения. Уменьшающийся свет. Ощущение, что меня вот-вот вырвет силой…

Миг – и меня подняли на руки.

Я слышала топот ног, просьбы Алинды быть аккуратнее. А еще видела мельтешение арок надо мной.

В какой-то момент стала слышна музыка и гомон голосов. Я заворочалась, желая посмотреть хоть одним глазком на настоящий бал, но несший меня мужчина, тот самый охранник с непослушными волосами, сказал лежать тихо и свернул в другую сторону от развернувшегося празднества.

Лекарский зал встретил нас легким хаосом. Девушки бегали между койками, кто-то стонал.

– Куда ее? – спросил мой носильщик.

– Мест нет? – уточнила у ближайшей целительницы Алинда.

– Нет. Один умник раньше времени запустил фейерверк, у нас массовые ожоги. Простите, – пролепетала та и побежала к ближайшей занавеси, за которой послышался болезненный стон.

– Хорошо. Тогда осторожно усади девушку в то кресло, – с поразительным спокойствием сказала женщина, а сама остановила пробегающую мимо целительницу и начала расспрашивать о состоянии ее пациентов.

Мужчина миновал почти весь лекарский зал, задевая моими ногами занавеси. Опустил меня в глубокое кресло. На пару мгновений задержался, чтобы сказать:

– Ты большая молодец. Нужно было тебя послушать.

Потом целительница лично занялась моей раной. Сшивала ее прозрачными нитями, долго вливала в меня целительную силу, просила сбросить излишки каким-нибудь не слишком мудреным колдовством.

– Посиди здесь.