Затишье. Легенда Гнилого князя. Начало

По прежним временам небывалая роскошь, но теперь, в современных условиях… Мракобесие и отстой.

Интернет в доме едва пробивался, хорошо хоть мобильная связь была.

Майкл пофоткал вид из окна. Скинул сумку на полосатый матрас рядом со стопкой белья. Вещи разбирать не хотелось. Все в нем кричало: беги отсюда! Здесь тоска, гиблое место!

Но выбора у Майкла не было.

«До суда! – уговаривал он себя. – Один месяц, а дальше идите лесом, в городе масса дел. Отчим отмажет, на то он и отчим, ради мамы на все подпишется, и нужно вернуться в тусовку! Снова движ, протесты, листовки, жизнь…»

В коридоре кто-то проскрипел половицами, меленько, словно крался ребенок.

Майкл выглянул – никого. Только ступеньки на чердак – скрип, скрип, да звякнула в гостиной люстра с висюльками.

«Роскошь страны Советов» – придумался заголовок для блога. Майкл представил, как будет выкладывать фотки этой застывшей реальности, как удивятся его подписчики, как будут постить комменты в чате… Эх, нужно было ту девушку сфоткать! Бабка с котом все испортила.

– Вот! – откуда-то из скрипучих глубин донесся рассерженный мамин голос. – Таня, здесь деньги, хорошая сумма, на еду и другие расходы…

– Настя, ты в городе совсем одурела! – почти прокричала в ответ тетя Таня. – Убери рубли, что здесь покупать? У меня огород и куры, как-нибудь прокормлю племяша. В Тихом Лесу тревожно! Девочку из заповедника видела? Как можно сюда Михаила?

– А куда мне его? В тюрьму?

Майкл, насупившись, вошел в кухню, где мать с теткой собачились над остывшим ужином, молча сел, взял вилку.

Вареная картошка с тушенкой. Соленые огурцы из погреба. С голодухи съел все подчистую. Выпил чаю с вареньем и пирогом. Взрослые молча за ним наблюдали, поставив разговор на паузу.

– Можете дальше ругаться, – великодушно позволил Майкл, вымыв за собой тарелку. – Но лучше поешьте, и ляжем спать. Мама устала с дороги.

Он сразу прошел к себе, пнул спортивную сумку. Достал ноутбук, раскидал по полу пакеты, выискивая трусы и майку, в которой собрался спать.

Попробовал вскрыть комод. Дергал, дергал рассохшийся ящик, тот противно хрустел, но держался. Наконец, уступив грубой силе, с чавканьем отошла деревянная планка с приржавевшей металлической ручкой.

– Упс, – сказал Майкл и пожал плечами. Оценил нанесенный ущерб.

Ящик уже чинили. И в последний раз столько бухнули клея, что он перетек на корпус комода, склеив с подвижной частью. Майкл подсветил телефоном.