Проигранная чудовищу

Ни один нормальный и уважающий себя лорд не станет водиться с таким, как он. Значит, лучше остаться здесь и попытаться вершить судьбу своими руками, а не надеяться на чью-то помощь.

– Повторяю, не интересует, – спустя минуту молчания произнес Эверард и все же соизволил на меня посмотреть.

Лучше бы он этого не делал!

Взгляд, полный пренебрежения и присущего большинству мужчин высокомерия. Показалось, будто я никто. Пустое место, с которым даже находиться в одной комнате противно. Вот он, яркий представитель этой братии.

– Марвин, – мягко произнесла я и положила ладонь на плечо кузена, стараясь не показать, насколько это неприятно. – Не видишь, достопочтенного гостя не интересуют женщины. Потому позволь мне подняться в свои покои – я очень устала после насыщенного яркими событиями дня.

Опекун поднял на меня глаза. Я всеми силами изображала покладистость и радушие, будто согласна превратиться в ставку в карточной игре, но… увы… не брали.

– Эверард, да ты рассмотри ее получше, – процедил Марвин и, вскочив со стула, толкнул меня к этому мужчине.

Я едва не упала ему на колени, но в последний момент вцепилась в стол и второй рукой уперлась в подлокотник стула, застыв в десяти дюймах от брюнета. Глаза в глаза. Прямо в синие омуты, в которых можно утонуть, если не знать, что от этого человека лучше бежать без оглядки. Кто он? Чем занимался? Как оказался в поместье моего отца? Я догадывалась, что Эверард плох, но даже не представляла насколько.

Глава 2

– Марвин, зачем же так издеваться над милой дамой?

Мне на плечи легли теплые руки. Я выпрямилась, попыталась скинуть их с себя, а взамен получила радушную улыбку от высокого мужчины с зелеными глазами. Он набросил на меня свой сюртук. А потом, будто не сделал ничего особенного, зашагал обратно к софе.

Его забота тронула до глубины души – я даже растерялась. Друзья кузена неспособны на добро.

Я не заметила, насколько продрогла. Грязный пол холодил голые ступни, а пальцы, которыми я вцепилась в полы сюртука, и вовсе приобрели синеватый оттенок. Следовало с гордо поднятой головой сбросить с себя чужое одеяние и отдать его хозяину, но эта вещь настолько согрела, что я не смогла с ней расстаться.

– Спасибо, – нашла я в себе силы на благодарность и потупила взор.