Право Света, право Тьмы

Но в какой-то момент я понял, что к человеческому бытию хочу присоединить и нечеловеческое – чтоб опыт был. Чтоб сравнить можно было: вот так я жил человеком, а так – иным существом.

– Экспериментатор…

– О да! Эта идея захватила меня. Видишь ли, дорогой брат-, все удовольствия человеческого бытия – похоть, власть, деньги, слава – теряют привлекательность, едва ты начинаешь думать, что перед тобой могут открыться иные грани существования. Иные горизонты. Иные ценности. И ты можешь стать не таким, как все.

Другим. Одним из серой толпы. Кстати, дорогой мой, разве не к тому же стремились все твои святые монахи, когда уходили от мира в пустынные скиты?

– Ты не путай! Монахами становились ради забвения самости и любви к Богу и ближнему, а ты…

– О, драгоценный мой, тут бы я с тобой поспорил, но не за дебатами пришел.

– А зачем? Я ведь даже и христианского погребения тебе дать не могу, изувер!

– Мне оно и не нужно, – скалится брат. – Я еще Поживу…

– Поживешь?!

– Да! Это тоже жизнь, дорогой мой архиерей! И куда более привлекательная, чем существование немощного человека! Нет болезней, нет страха смерти – ведь ты уже мертв.

Нет зависимости от власти, человеческих законов и денег. А есть, наоборот, собственное могущество, уверенность в собственных силах и собственной же непогрешимости.

– Силен… Только что ж ты по ночам по улицам крадешься вором? Что ж не радуешься яркому солнцу, которое, по слову Евангелия, светит на праведного и неправедного? Может, потому, что ты не относишься уже ни к одной человеческой категории? Стоишь, так сказать, по ту сторону добра и зла?! Не одиноко ли тебе там?

– Я не знаю, что такое одиночество.

Мне для полноты бытия достаточно самого себя. Я, как бы это сказать, самодостаточен. Я есть вещь в себе, или, как говорят англичане, I am existing.

– Я не силен в английском языке, но тебе бы следовало употребить фразу «I am thing in itself», это было бы правильнее.

А то, что сказал ты, означает: «Я – сущий». К тебе это не относится. Это сказано о Другом.

– Как ты ревниво относишься ко всему, что касается твоего Бога!

– Да. Аз возревновах о Бозе живе, – сказал архиерей, но вампир отмахнулся:

– Давай будем без цитат! Итак, я существую. Просто мое существование протекает на другом уровне бытия. И все остальные либо существа, что подобны мне, либо, уж извини, жертвы.