Ведьма и бастард

А взгляд ведьмы окончательно вывел его из себя – слишком уж часто на него смотрели именно так. С презрением.

Прочие аристократы всегда считали его выскочкой, по иронии судьбы добившимся расположения короля, ведь он не мог похвастать ни длинной родословной, ни фамильным замком. И никто из них не подозревал о том, чья именно кровь течет в его венах.

Даже Дориан, являвшийся ему дядей, кривился так, словно, Вальтер был нищим попрошайкой, хотя уж он-то знал правду.

Бастард не помнил своей матери – с самого детства он был один, и лишь изредка ему снились теплые руки черноволосой женщины и ее ласковая улыбка.

Впрочем, с возрастом эти сны исчезли.

Король признал Вальтера своим сыном, дал ему образование, кров, пищу и слуг. Но куда больше бастард хотел бы лишь чаще видеть своего отца – тот не мог допустить слухов о незаконнорожденном сыне, а потому навещал редко, ночами пробираясь в его спальню и скрывая лицо под капюшоном, точно какой-то воришка.

Такие ночи были для Вальтера истинным счастьем.

Он ждал их с нетерпением, хотя по утру нянюшки смеялись над ним, ведь знали, что он сирота, дальний родственник кормилицы королевского советника, которого тот, по душевной доброте, решил приютить.

Конечно, повзрослев, лорд понял, отчего отец скрывался столь тщательно. Связи вне брака были строго запрещены в королевстве еще со времен начала охоты на ведьм, и, если бы о бастарде пошли слухи, народ мог бы отвернуться от своего короля.

По крайней мере, Его Величество не оставил Вальтера без поддержки, а еще познакомил его с братом, и уже за это лорд испытывал к нему благодарность.

Кэриас был младше Вальтера на три года. Когда бастарду исполнилось шесть, король рассказал ему правду, а спустя пару лет наконец показал венценосного брата.

К тому времени стало окончательно ясно, что Вальтер внешне ничем не похож на отца. Бастарда переселили поближе ко дворцу, где он часто навещал принца, пусть пока и не мог ему открыться из-за обещания, данного королю.

Кэриас заботу бастарда принимал, хотя куда больше был дружен с Николасом – сыном блистательного герцога.

Впрочем, это не казалось удивительным – они знали друг друга с пеленок.

Отношение Кэриаса не изменилось и тогда, когда король открыл ему истину о кровной связи. Нет, Вальтер видел, что брат пытается быть с ним добрее, однако к тому времени сам лорд уже превратился в колючего юношу. Слишком уж близких симпатий между ними так и не возникло, хотя они и улыбались друг другу при встрече.