Легенды Амастриды

Мир сомкнулся до ее губ, что-то невнятно шепчущих прямо в его. Он старался не причинить ей боли, стереть память о той ночи в Тимбаре, когда ревность и недоверие взяли верх. Рэн исступленно, всем телом прижималась к Брайсу, кожей чувствуя, как уходит отпущенное им время. Ничего не изменить, здесь и сейчас… любить, жить… большего не дано, да и не нужно. Она через силу улыбнулась, не позволяя страху и боли отравить эти минуты.

– Я люблю тебя, Брайс из Тимбары… больше жизни…

– Ты и есть моя жизнь, Рэн, и я тоже тебя люблю.

Разве этого мало? Потом можно думать об опасностях, которые ждут впереди, о враждебных взглядах команды, о собственных страхах… Но шум на палубе, так непохожий на обычный гомон людских голосов, нарастал, они различили крики и ругань. Брайс торопливо встал, на ходу одеваясь, бросился к лестнице. Он понял все сразу, как увидел небо. Обернулся к замершей Рэн, стараясь не выдать тревоги.

– Тебе лучше остаться здесь, любимая. Пусть остальные женщины тоже спускаются вниз.

– Что происходит?

– Буря! Надеюсь, эта посудина достаточно прочная! – ему приходилось кричать, чтобы Рэн хоть что-то услышала. – В Южных морях мало кораблей, потому что бури здесь очень опасны, а течения никто не знает! – он широко улыбнулся, и Рэн с удивлением поняла, что ему нравится происходящее. Она же ненавидела море, жестокое и своенравное, всегда отнимающее у нее любимого. Будь оно проклято!

Следующие несколько часов она и остальные женщины провели в тесной, душной каюте.

Корабль жалобно поскрипывал под ударами волн, несколько раз «Хелесса» кренилась на бок так, что мебель и посуда попадали на пол. Некоторые истово молились, изредка в полутьме раздавались всхлипы. Рэн сидела на полу, обняв острые колени руками и глядя в темноту сухими глазами. Ей некому было молиться. Боги, в которых верила она и ее предки, не уберегли Дарлог от смерти. Боги, если они есть, постоянно пытаются разлучить ее с Брайсом… Нет, богам она молится не станет! Отныне они сами вершат свои судьбы, и если «Хелесса» не утонет, это не боги спасут их, а Брайс и остальная команда. «Богов нет», – прошептала Рэн сама себе.

Наверху мужчины сражались с бурей. Чистейшая лазурь моря за несколько часов превратилась в грязно-серые пенные потоки, заливающие палубу корабля. Трэйд мертвой хваткой уцепился за руль, все еще стараясь увести «Хелессу» от шторма. Брайсу хватило одного взгляда на море, чтобы понять его ошибку.