Возможно мы…

Мой путь лежал в этот парк, моя цель была найти самое укромное местечко и незаметно для всех посидеть в тишине.

Сделав несколько кругов по парку, я всё же нашла такое место и, сев на лавочку, достала наушники и погрузилась в любимую музыку. Мои глаза были закрыты, мысли все прогнала из головы. Как же приятно иногда вот так отключаться от всего мира и особенно от всех накопившихся проблем.

Точно не знаю сколько я так просидела, могла бы и больше, но на телефон пришло сообщение. Открыв глаза, поняла, что уже стемнело, а время показывало за десять вечера.

Посмотрев на номер, сразу поняла от кого сообщение. Вот чего ей от меня нужно? Её желание сбылось, теперь он будет с ними.

«Мария, я была о тебе лучшего мнения! Зачем ты так поступила? Настроила Олега против меня? Я ведь к тебе, как к женщине обратилась, думала ты поймёшь, а ты как тварь поступила. Он уехал и сказал, как вернётся решит со мной вопрос о нашем будущем. Знай, если он нас бросит, я тебя прокляну на всю твою оставшуюся жизнь».

Ну ничего себе! Меня ещё и виноватой сделали. Олег, сволочь, что ты творишь?

А через пять минут пришло сообщение и от него, которое в конец добило моё более-менее спокойное состояние.

«Меня не будет неделю, тебе хватит времени успокоиться и принять правильное решение. Просто так я тебя не отпущу. Подумай и возвращайся, не хочу применять силу. И да, пока меня нет, за тобой будут присматривать. Целую, малыш».

Каждое слово сквозило самоуверенностью и угрозой.

Одно сразу поняла, что он так просто от меня не отстанет, а значит дальше мне будет совсем не легко.

Решив, что дальше уже сидеть смысла нет, пошла обратно, включив музыку в наушниках на полную громкость. Но как бы громко музыка не играла, мысли крутились в голове, воспоминания врывались яркими картинками, расстраивая ещё больше. Мне стало очень жалко нас всех: себя, эту женщину и маленького ребёнка. Все сейчас страдали из-за Олега, а он даже не хотел, нет, не желал нам спокойной жизни.

«Чёртов эгоист».

Я сама не заметила, как опять стала плакать. Сердце стучало и сжималось от боли, пропуская удары, вынуждая замедлять шаги и хватать ртом воздух. Меня накрыла истерика и стала медленно, но уверенно сгибать пополам. Мимо проезжали машины, ослепляя светом фар, но мне было всё равно.

Остановившись на тротуаре, я присела на корточки и зажала голову руками, пытаясь унять боль, грозящую поглотить своей темнотой.