Больница Людей и Нелюдей

 – Ты всего-навсего грязно к нему приставала, прилюдно намекая на некоторые нетрадиционные сексуальные отношения, а значит, он теперь, как честный гном, обязан удовлетворить твои желания. Ну и потом взять тебя старшей женой.

Левое веко начало дергаться без моего на то желания. Гады. Уроды. Я с ними так нервный тик заработаю.

– Инка… Успокойся… – Леший аккуратно взял меня за руки, уставился глаза в глаза. Веко дергаться перестало. – Вот так. Не нужно нервов. Ты помнишь, что все еще находишься под покровительством вампира? Ну вот… Ни один гном к вампу не сунется.

– Кстати от вампах… – Медленно и зловеще протянула Сурина. – Братец мой эту дурь с бойней не зря устроил. В БЛиНе он теперь как полноправный пациент…

Несколько секунд я переваривала инфу о свалившемся на меня двойном «счастье». Похоже, нервный тик все же повторится и станет моим постоянным спутником. Лучше уж бомжи с нариками в родном задрипанном городке, чем перспектива в виде жуткого треугольника «вампир-оборотень-гном»…

– Сури, куратора вызывай.

– Что, прямо сюда? Жур, он нас всех сожрет за то, что потревожили покой его сиятельства.

– А что ты предлагаешь? Инке отсюда выходить нельзя – сородич Астона и твой братец мигом рядом появятся. Ты хочешь еще одной бойни, теперь уже здесь?

Вампирша недовольно фыркнула, буркнула что-то о наглых тупых человечках, то и дело влипающих во всё подряд, но все же произнесла, глядя перед собой:

– Код 3-5-7. Цвет красный.

Инкуб появился из воздуха практически мгновенно, в длинном, до пола, цветастом байковом халате по типу тех, что так любят носить народы Средней Азии. Похоже, мы его откуда-то с отдыха выдернули, потому что выражение глаз у куратора было все еще маслянисто-мечтательным. Придя в себя и обозрев нашу кучку, Сортарин чуть ли не скривился от недовольства и раздражения:

– Вы когда-нибудь научитесь свои проблемы решать сами? Тебе ли не знать, Сурина, что у меня сегодня выходной?

Точно, выдернули.

– Да мы-то решаем, – пожала плечами уязвленная вампирша. – А вот новенькая не может.

– Инка? – Взгляд немного потеплел. Мужчина обернулся на виновницу происшествия:

– Что случилось?

Я рассказала. Сама, да. В полной тишине. Без особых подробностей, но инкубу и сказанного хватило.

– Борода, говоришь, длинная и мягкая, – куратор явно повеселел.