Эльфы из Уотерхолла, или Покорить оборотня

 – Я так понимаю, вы принесли деньги в уплату?

– Не совсем так, ваше сиятельство, – помялся немного граф, но под взглядами товарищей решился продолжать. – Видите ли, закон, на который       вы ссылаетесь, был давно отменен…

– Правда? – совершенно искренне удивилась я. – А у меня на этот счет другие сведения. Астер! Ты нам нужен!

Несмотря на то, что призраки были заперты в отдельном крыле и прикованы к нему магией, я, хозяйка замка, имела право в любое время вызвать каждого из призраков в любую часть замка.

Вот этим правом я сейчас и воспользовалась.

Следующие две секунды ничего не происходило. И мои собеседники уже начали переглядываться с триумфальным выражением на лицах… Но тут воздух в комнате значительно похолодел. И в свободном кресле появился Астер. Уж не знаю, когда он успел понять, кто и где его ждет, но он растекся по креслу, как жидкий кисель, пугая одним своим видом троих храбрецов, пришедших выяснять отношения со слабой женщиной. Они посерели, но в сидения не вжались.

Видимо, пока были не так сильно испуганы.

– Если у них станет плохо с сердцем, во всем буду виновата я, – просветила я Астера. – Поэтому, пожалуйста, прими обычную форму и помоги мне.

В ответ – недовольное фырчание. Затем «кисель» превратился в уплотненного призрака.

– И что такого они тебе сказали? – уточнил он с интересом в голосе.

– Хартия императора Артониуса. Закон об оброке давно отменен.

– Правда? – совершенно натурально изумился Астер. – А может, многоуважаемые рины соизволят сообщить бедному призраку, кто и когда отменил этот закон?

«Многоуважаемые рины» молчали.

Сидели серые от страха и молчали. Даже переглядываться не пытались.

– Тогда с вашего позволения я процитирую еще один закон, – явно веселился Астер. Ему нравилось пугать излишне заносчивых аристократов. – Из той же хартии: «И если кто-то лжет и не желает признавать свою ложь, будучи пойманным на ней, то сечь его нещадно на площади главного города, пока не станет утверждать правду.

А вместе с ним и тех, кто поддерживает его». Чудесный закон, не правда ли? Вы как, рины, желаете, чтобы вас высекли на площади столицы?

Рины не желали. Ой как не желали. Они мгновенно подскочили из своих кресел, пробормотали вразнобой какие-то извинения и буквально бросились на выход, даже не поклонившись. Через несколько секунд хлопнула входная дверь. Да уж, хлипкий народец здесь проживает. Не умеет отвечать за свои слова.