Хозяйка стихий

Кто каждый раз помогал приводить в порядок расшатанные нервы наследницы? Тетушка. Кто следил за постоянным притоком успокоительного, настоянного на травах, в аптечке рода? Тетушка. Кто всегда знал нужные слова утешения, вот прям как сейчас, когда сердце просто разрывалось от горя, безнадежности, усталости? Тетушка.

Травы, естественно, положение дел не спасли. А вот наглая младшая сестра с ее замечанием в чувство привела:

– Да что ты с ней возишься? Пусть дальше ноет. А женишка ее, козла несносного, как раз в это время прибьют по-тихому.

Подчиняясь моей вспыхнувшей злобе, которая смешалась с неконтролируемой яростью и жгучей ненавистью к одному чересчур наглому представителю аристократической верхушки, земля встала дыбом и резко опала. Суки! Все суки! Ненавижу!

– Сандра! Землетрясение зачем устраивать? Ладно, у нас дом заговоренный. А о соседях ты подумала?

Я раздраженно зашипела:

– Ненавижу! Всех ненавижу! Тётя, где мой костюм?

– Совсем девка головой поехала. Куда ты пойдешь с таким лицом? Тебя даже зомби испугаются!

– Костюм, тётя!

Небрежный пас рукой – и мелкая надоеда, почему-то названная моей сестрой, была мгновенно выметена за дверь небольшим смерчем.

Они хотели войны? Они ее получат!

Черный классический брючный костюм, в котором и перед императорскими очами предстать не грех, появился на постели через несколько минут. Как всегда идеально выглажен и так же идеально сидит на мне. Тонкая талия, аппетитные формы, длинные рыжие волосы, небрежно забранные в хвост, ярко сверкающие зеленые глаза, ноги от ушей, ухоженные руки, унизанные кольцами пальцы, красный лак на ногтях – все, как любят мои обидчики.

Идеальная женщина, идеальная пара, идеальный маг. Но даже маги порой выходят из-под контроля. И сейчас «идеальная женщина» превратилась в идеального убийцу, готового разнести в клочья всех, кто рискнул бы встать у нее на пути.

Портал – и вот уже я в центре многострадальной столицы, у городской тюрьмы. Что ж, развлечемся…

Каменные стены послушно встали на дыбы от одного только движения тонко очерченной черной бровью.

Ледяные струи дождя, привычно огибая меня, хлестали с такой силой, что ни один ретивый служака не решился выглянуть наружу и попытаться проверить, с чего вдруг камень в стенах зажил собственной жизнью. Небольшой смерч – и вот уже готов проход: ветер, полностью подчиняясь моей воле, раздвинул преграду, позволяя хозяйке беспрепятственно проникнуть внутрь.