Как выдать ведьму замуж

Максимилиан Цирин:

Вот поседею я с ней раньше времени, как пить дать, поседею… Ящерица ее зачаровала, видите ли, и она устроила мне гонки с препятствиями! Вкусным я ей показался! Дурында малолетняя! А может, и правда отправить её в компанию Духа? Там всё в стазисе и под защитой находится, особых разрушений она причинить не сможет. Да и ирги, глядишь, не достанут. Эти любят гадости в реальности делать, когда через сон достать не в состоянии.

А замок этот необычный. Нет, ничего угрожающего я здесь не чувствую, но что-то явно не так.

Странные флуктуации… Непонятные ощущения…

Надо будет лешему сказать, пусть бдительности не теряет да за Магдаленой следит внимательно. Чувствую я, она пакость очередную задумала. Вон как глаза блестят. Впрочем, от нашей магини, если она захочет повеселиться, даже подземный бункер не спасет. И там достанет… Неуемное создание.

Магдалена:

Поселили нас на одном этаже с хозяевами, что, по идее, должно было нам польстить: профессор и Даня получили апартаменты неподалеку от графских, мне же выделили комнату рядом с девочками.

Мои покои были сравнительно большими, явно больше тех, что я занимала во дворце Василисы и Елисея, и гораздо более комфортными. У одной из стен в центре располагалось спальное место внушительных размеров, и я при одном взгляде на него поняла, что этой ночью наконец-то буду спать на перинах. У стены напротив стоял высокий платяной шкаф, в котором оказались домашний байховый халат и кружевная ночная рубашка, сшитая изо льна; обе вещи моих размеров, так что я рискнула предположить, что принесли их специально для меня.

Наискосок от входной двери было узкое окно, возле которого поставили небольшой письменный столик с толстым блокнотом, пером и наполненной чернилами чернильницей, и два кресла, обитые плюшем.

Я только-только успела переодеться и повесить свою дорожную одежду в шкаф, как в дверь постучали. И я точно знала, кто это пришел… Варвара явно была не самой любопытной женщиной на земле.

– Входите, – разрешила я, присаживаясь на пышную кровать под тяжелым балдахином.

В комнату впорхнули обе дочери графа. Они тоже уже переоделись и, в отличие от меня, красовались в миленьких шелковых домашних платьицах в крупный цветочек. Их кудряшки, аккуратно уложенные в прическу перед ужином, теперь непослушно болтались, чуть прикрывая уши.

– Привет! – весело улыбнулась одна из них, девочка с голубыми наивными глазами. – Я – Сьюзи, она – Роза (у Розы глаза были зеленые).