Потомственная девственница желает познакомиться

Хотя, конечно, правильно: покажи тому, кого боишься, свое почтение, может, и пронесет.

Три сына и две дочери Ортагона считались основными богами.

– Почему пять? – недоуменно пробормотала я. – Почему нечетное число?

– Потому что пять считается сакральным числом во многих культурах этого мира, ронья Анастасья, – просветил меня знакомый голос.

– Ваше высочество, вас стучаться не учили? – подняла я голову. – А если бы я, гм, занималась чем-то непотребным?

– Например, спали? – иронично поинтересовался жених, стоявший напротив меня в своем человеческом обличии.

 – Я наблюдаю за вами больше минуты. Вы даже не пошевелились. Что такого увлекательного в этой книге?

– Для человека из другого мира – все, – не стала отпираться я, гадая, почему принц пришел в том же костюме, в котором был на ужине. По идее, вещи должны были порваться при трансформации. Или же у него стопятьсот этих камзолов и штанов? На все случаи жизни, одного цвета?

– То есть я оказался прав, – задумчиво произнес принц, присаживаясь в кресло напротив.

Самое интересное заключалось в том, что еще несколько минут назад никакого второго кресла и в помине не было. А теперь оно появилось. Соткалось, блин, из воздуха. – И кто же вы тогда?

– Анастасия Ивлева, – скромно представилась я. – Внезапно оказалась в теле вашей невесты, когда она ехала к вам.

– Теперь понятно отсутствие негативных эмоций, – кивнул принц. Я все еще надеялась, что он оставался моим женихом. Хотя… Кто его знает.

 – А откуда такая необычайная радость?

– Замуж хочу, – честно призналась я. – Давно. Еще в том мире хотела.

– Не берут? – в голосе принца-жениха я услышала насмешку.

Вот же зараза!

– Не берут.

«И правильно делают», – прочитала я в глазах принца.

– А почему у вас из стен замка гвозди торчат? – в отместку спросила я.

– Гвозди? – насмешка сменилась недоумением. – Вы, ронья, что-то путаете. В стенах моего замка нет гвоздей.

– А обо что я тогда ладонь до крови порезала? – тщательно скрывая торжество, задала я очередной вопрос.

Растерянность, изумление, недоверие, обреченность – эмоции сменялись на лице принца одна за другой. Не все они льстили моему самолюбию, но отомстить этому кошаку было просто необходимо.

– Покажите ладонь, ронья, – наконец-то попросил принц-жених.

Я протянула поврежденную руку. Пальцы принца, на вид тонкие, как у пианиста, оказались теплыми на ощупь, а движения – деликатными.