Любовь в двух мирах

Вечер приближался с жуткой скоростью почтовой кареты и горькой неумолимостью сторожевого бешеного пса, а я никак не могла заставить себя успокоиться, хоть на несколько минут забыть о встрече. Так плохо мне за эти восемь лет не было еще ни разу. Я уже и забыла, что это такое: дрожать от ужаса при возможном появлении в комнате матери или отца. И завтрак, и обед остались нетронутыми: мне банально не лез кусок в горло. Я даже представить боялась, как увижу родителей, как начну исполнять роль законной и радушной хозяйки и улыбаться им, как сяду с ними за один стол…

«Это что еще за похоронный настрой? Ты что, снова умереть собираешься? И что за причина на этот раз»

Она все-таки пришла!

«Ира!»

«Ох… Ирма, сумасшедшая, оглушишь же.

Я тоже рада тебя видеть. Что у вас тут случилось?»

Не сдерживая эмоций, я начала путано объяснять:

«Прости, пожалуйста… Мои родители… Они должны приехать сегодня… Ира, я не могу… Я не могу с ними общаться… Я их боюсь, Ира… До дрожи боюсь…»

«Так, успокоилась, глубоко вдохнула, потом выдохнула и четко обрисовала ситуацию».

Легко ей говорить. Но я честно попыталась:

«По определенным политическим правилам нашего государства, все члены верховной власти обязаны раз в несколько лет проводить так называемые “домашние ужины”, во время которых ведется неформальное обсуждение любых острых проблем империи. Муж предупредил меня рано утром, что сегодня должен состояться такой ужин у него и моих родителей. Мой отец – старший судья, то есть, он руководит всей судебной системой Империи.

Он обязан приехать на ужин с женой. Муж, как правая рука Императора и главный маг этой страны, должен принять их вместе со своей супругой…»

«Вот теперь мне все ясно. И что этот “главный маг” сообщил тебе по поводу ужина?»

«Он сказал, что навесит на меня всевозможные защитные щиты. А потом добавил, что если вдруг вечером появишься ты, то он не будет возражать против нашего обмена. И будет на нашей стороне, что бы ты ни делала».

Удовлетворенное:

«Угу.

То есть, фактически, мне выдана индульгенция. Хорошо, развлечемся».

Ирина:

Ё-моё. Это что ж такое надо вытворять все детство и юность с родным любимым дитем, что оно и после восьми лет не очень удачного брака не хочет своих обожаемых родителей видеть? Да уж… Но Варт молодец, разрешение дал. Значит, насладимся общением по полной. И пусть потом не жалуются.

«Ирма, как ты обычно обращаешься к отцу с матерью?»

«Батюшка и матушка, на вы».