Две души. Испытания бытом

Есть еще незаконнорожденная сестра. Но я понятия не имею, где она и что с ней. Ну и дальние родственники: сестра свекрови с мужем и одним ребенком, сыном, и два брата свекра, насколько я помню, там какая-то некрасивая история была… С их женами… Но что конкретно, я прямо сейчас, увы, и не вспомню…

Какая прелесть… Осталось только запомнить всю эту «полезную» информацию…

– Ирма, милая…

Антон. Объявился на горизонте, и связь мгновенно оборвалась. Что ж, будем довольствоваться тем, что имеем.

Появившись в этом доме на правах его законного и уже постоянного жителя, я сразу же понизила служанок Ирмы из личных до обычных, решив, что мне нужен кто-то один, попроще и поспособней.

Как оказалось, этим моим требованиям соответствовала только тихая и скромная девочка-подросток, рабыня, не большая красавица, скорее гадкий утенок, среднего роста, пухлая подростковой полнотой, с большим длинным носом, узкими губами, высоким лбом и бледной кожей. Вряд ли этот утенок когда-нибудь станет прекрасным лебедем, но услужливой и послушной девочка была уже сейчас. Плюнув на местные традиции, я стала звать ее по имени и не ошиблась в выборе:

– Она за тебя на куски даст себя порезать, – задумчиво заметил как-то Варт. – Странно. Я первый раз встречаю такую невероятную преданность среди рабов.

«А вы обращайтесь с ними помягче да извольте видеть в них людей», – подумала я тогда, запомнив его слова. Ребенка я защищала и от челяди, и от недовольного ее медлительностью мужа. Плюнув на косые взгляды портнихи, сшила ей несколько нормальных платьев, в которых девочка должна была появляться при гостях, мотивировав это тем, что моя личная служанка должна так же отличаться от остальных слуг, как и я – от местных аристократов.

Хотя, наверное, я просто тосковала по своему миру и пыталась заботой о ком-то приглушить это сосущее чувство потери… Супруг не спорил, и за это я была ему благодарна.

– Верис, уложи мне волосы, подправь макияж и иди спать. У нас гости, так что тебе лучше пока поменьше показываться им на глаза.

Носи свою робу и будь тенью.

Девчушка понятливо кивнула: о неудовлетворенной сексуальности семейки Антариониус судачили и слуги, и высший свет. Мужики здесь все как на подбор хвастались своей невероятной силой и физической выносливостью, а еще – нежеланием понимать, что можно, а что – нет. И если Варта я худо-бедно обуздала, то с его родичами могли быть серьезные проблемы: подставлять свою служанку не хотелось.