Предсказанный муж

Как оказалось, далеко не всегда эта тактика срабатывала: нужно было завернуть модель в тот или иной рулон, причем в том числе и перед окном, чтобы посмотреть, как ложится на ткань свет, и только потом выносить вердикт. Меня заворачивали, осматривали, освобождали от ткани, брали другой рулон. С Эльзой проделывали то же самое. Я послушно крутилась в нужные стороны, вполуха слушая, как жена эльфа умудряется, выполняя указания портнихи, при этом обговаривать с ней фасон, длину и прочие не особо важные для меня мелочи.

К ужину я не спустилась. Не смогла – болели ноги, шумело в голове от трескотни помощниц и Эльзы, перед глазами мельтешили черные точки. Лита услужливо доставила поднос с едой в спальню, поставила его на тумбочку и практически на цыпочках удалилась. Даже не замечая, что ем, я механически отправляла в рот одну ложку за другой.

– Смотри фарфор не откуси, – хмыкнули над ухом.

– Зачем я там? – прожевав очередную ложку, я отодвинула поднос подальше.

– А ты подружку свою позови и о муже любимом расспроси: как он калекой стал, почему до тебя не женат был.

Связи между вопросом и ответом я не увидела, но бог, похоже, уже исчез, так что оставалось или лежать пластом, или спуститься на первый этаж и попробовать разыскать жену эльфа.

– Вера, ты как? – заглянул в комнату желанный объект. Правильно говорят: «На ловца и зверь бежит».

– Почти живая, – отшутилась я. – Эльза, посекретничаем?

В глазах приятельницы зажглись лукавые огоньки.

Да уж, вот она, первая сплетница в округе.

– …как стал инвалидом? Да тут особого секрета нет, просто не распространяются на эту тему. Вот в твоем мире сколько лет живут?

– Максимум – девяносто.

– Кошмар! Отсталый народ! У нас самым глубоким старикам двести тридцать недавно исполнилось.

Я завистливо сглотнула. Да уж, это действительно возраст.

– А маги? Ну, носители Силы?

– А, те и до трехсот прожить могут, ну так я к чему. В тридцать Димирий закончил учиться в столичной академии.

Его невесте тогда только исполнилось семнадцать – вообще-то, рановато, мне сейчас двадцать два, и то я замуж особо не стремилась, но она просто рвалась создать семью и стать самостоятельной. Родители спорить не стали, назначили свадьбу. А потом граф приехал к невесте и увидел, что она приносит жертву…

Многозначительное молчание и внимательный взгляд на меня не подействовали.

– Эльза, я неместная.

Тихий вздох мученицы.