Приручить миллионера

И халат, легкий, ситцевый, Лере длиной до щиколоток, и махровое желтое полотенце, нашлись быстро. Лера засунула их в пакет и повесила на ручку двери ванной, снаружи. Затем, поколебавшись, прошла на кухню, задумчиво посмотрела на кухонный нож.

«Выйдет тот «бомж» из ванной, в твоем халате, а ты его ножом встретишь. И куда ему? Под дождь? Звать соседей, чтобы вас обоих в дурку упекли?», – насмешливо поинтересовался внутренний голос.

Лера обладала живым воображением. Представив себе эту картину, она хмыкнула и вернулась в спальню.

«Бомж» вышел из ванной минут через двадцать, лохматый, но уже чисто вымытый. И как-то сразу стало видно, что, несмотря на халат, он выглядит очень ничего: и симпатичный, и широкоплечий, и мускулистый. Приодеть – и совсем мачо станет.

Лера ухмыльнулась про себя: мачо, угу. С амнезией.

– На «ты» или на «вы»? – косясь на не прекращавшийся ливень за окном, спросила она.

– Какое «вы» после того, как я мылся здесь? – изумленно спросил «бомж».

Действительно.

Практически породнились. Через ванную комнату, правда.

– Как к тебе обращаться?

– На содранном шевроне куртки было что-то типа «Слав». Славик, значит.

Логику Лера не увидела, но спорить не стала. Ей все сильней хотелось выставить за дверь этого Славу. Но теперь, когда он вымылся в ее ванной, вроде и стыдно указывать ему на дверь, когда на улице такая отвратная погода.

Настроение у Славика было отвратительным. Дважды он во время купания чуть не обжегся, стоя под душем.

Один раз полилась буквально ледяная вода. Смеситель однозначно следовало менять. И давно.

Полотенце оказалось чересчур жестким, словно наждачка. А халат… Позорище! Он, мужчина, расхаживает по дому в женском халате! Во время мытья Славик тщательно осмотрел свое тело, где достал, конечно. Ничего, кроме мышц, не увидел. Ни шрамов, ни наколок. Ничего. Чистое тело неизвестного человека.

– На «ты» или на «вы»? – спросила Дорская.

И Славик с трудом сдержал нервный смех.

Он мылся в ее ванне, и она предлагает «выкать» дальше?!

– Какое «вы» после того, как я мылся здесь?

Дорская помолчала, осмысливая его слова, затем уточнила его имя и встала:

– Я – ужинать. Тебя кормить?

Естественно! Славик уже больше часа хотел есть. Желудок бурчал практически непрерывно.

– Да, – Славик искренне надеялся, что в ее холодильнике окажется что-нибудь более существенное, чем яйца и маргарин.

В принципе, так и получилось.