Дорога дракона

Они вообще иначе воспринимают отношения, и тем более отношения с существами из низшей расы. Поэтому королева была почти на сто процентов уверена: это волнение исходило от Вовки. Возможно, его душа не изъята, как рассказывал бог, а всего лишь заперта где-то внутри и подаёт возлюбленной сигналы бедствия.

– Не скрою: ты меня сильно заинтриговал. Но это не значит, что со мной можно играть, – Шу приняла строгий вид. – Если ты не уверен, что понравился мне на первом свидании, то откуда уверенность, что после второго я изменю своё мнение?

– Потому что я рассчитал тактику ровно на два свидания.

– Этим ты тоже меня заинтриговал, – королева повела плечом. – Хорошо, я согласна увидеться с тобой ещё раз, но при условии, что тогда ты назовёшь мне своё имя.

– Договорились.

Они вернулись к машине. Бог провёз свою спутницу по всему городу, чтобы показать ночную Вену, а потом вспышка – и «Майбах» снова оказался в Москве. Шу позволила Вовке проводить себя до квартиры. В лифте опять повисло молчание, но к нему добавилось странное ощущение доверительной близости, как будто эти двое только что пережили приятное приключение, о котором не хотелось никому рассказывать.

– Значит, до завтра? – лукаво улыбнувшись, спросила она.

– Нет, до субботы, – серьёзно ответил он. – Я буду занят.

– Насчёт субботы я не очень уверена: обычно в эти дни меня посещают боги, перед которыми я должна отчитаться по различным статьям.

– Значит, я украду тебя, – эта полуулыбка одним уголком рта заставила сердце Шу биться сильнее. Вот он, её Вольдемар! И глаза такие тёплые, родные! И пальцы нежно сжимают её ладонь. Он здесь, с ней. Королева вдохнула полной грудью, потом приблизилась к нему и коснулась губами его губ. Никакого ответа – только ледяная, как у статуи, неподвижность. Шу отпрянула, встретилась с непониманием в глазах.

– Всего доброго, – она решительно вставила ключ в замок.

– Я… что-то не так сделал? – вдруг испугался Вовка.

– До субботы! – Шу улыбнулась и шагнула в квартиру, закрыв дверь перед его носом.

– Шу! Открой! – донеслось снаружи, но королева прижалась к двери спиной, уже не в силах сдерживать слёзы. Впрочем, если бы Вовка настаивал, она бы открыла, но он умолк, испарившись по своей божественной привычке.

Шу, как была в сапогах и манто, прошла в спальню и там упала на кровать, дав волю рыданиям.