Горничная для депутата

В отдельном пакетике Кира нашла зубные щетку и пасту, пенку для умывания, тоник, увлажняющий крем… Были тут и гигиенические прокладки на каждый день, и влажные салфетки. И все это было куплено не в магазине бытовой химии или в промзоне супермаркета. На всем, даже на компактной массажной расческе со своим футляром, стоял фирменный логотип производителя косметики и парфюмерии класса люкс. Кира о такой знала, но никогда ею не пользовалась. Все это стоило приличных денег.

Кира повесила пальто и платье в шкаф. Остальные вещи сложила обратно в пакет и задумалась.

Кого она сейчас обманывает? Саму себя, разве что. По сути, все эти вещи, преподнесенные ей в дар Максимом Андреевичем, являются ничем иным как милостыней. Просто милостыня эта в особо крупных размерах, и на улице такую не подают.

Кто она? Бомжиха – ответ напрашивался сам. Конечно, можно рискнуть и вернуться домой. Но что ее там ждет? Злой муж, который теперь уже, скорее всего, бывший. Сто процентов бывший – жить с Володей Кира больше не сможет.

Если останется с ним, даже если он пообещает никогда так больше себя не вести, она будет жить в постоянном страхе. Да он и не пообещает. Почему-то Кира не сомневалась – после ее бегства Володя стал злиться на нее еще сильнее.

А это значит, что на глаза ему лучше не показываться.

Даже документы остались дома, и вернуться за ними она не рискнет. Одним махом Володя вычеркнул ее из социальной жизни. По сути ее сейчас нет, для всех она перестала существовать. И есть только Сафронов, который взял на себя роль ее покровителя.

Но и от него Кира не знает, чего ожидать. Для нее он посторонний человек, к тому же очень влиятельный по словам того же Сергея Сергеевича.

Сафронов, Сафронов… Кира и так и эдак смаковала его фамилию, но так и не получилось вспомнить, где она могла ее слышать.

Перед сном, лежа в кровати, Кира не переставала размышлять о собственной участи. Не допустила ли она ошибку, приняв помощь Максима Андреевича? Кажется, завтра он собирается отвезти ее к себе домой.

Зачем? Что она там будет делать? Он обещал – обо всем они поговорят завтра, но как же тяжело оставаться в неведении и целиком и полностью зависеть от кого-то. Не лучше ли было набраться смелости и обратиться за помощью к лечащему врачу? С другой стороны, нет никакой гарантии, что он пошел бы ей навстречу, хоть и кажется ей порядочным человеком. Да и клиника эта далеко не самая простая. Должно быть, сюда даже уборщицей устроиться не так просто.