В объятьях дракона

Почетное ложа на торгах не должна пустовать – таков закон долины. И только с позволения принца торги и начинаются. Опаздывает принц – не выставляют товар. И только принц может назначать первоначальную цену.

– Не хочешь узнать судьбу той, что спас сегодня?

– А зачем? – лениво отозвался Иэрен.

Но равнодушие его было напускное, и вряд ли получилось обмануть брата, судя по внимательному взгляду, что тот бросил на него. Судьба девушки волновала Иэрена, только вот он запретил себе вмешиваться. Что бы ни ждало ее, его это не касается.

Сейчас он и сам не понимал, что толкнуло его тогда пересечь пространство и вырвать несчастную из лап смерти. Должно быть, обычное сострадание. А может, то как смело она противостояла стихии. Ее наполненные страхом глаза, всматривающиеся в черное небо, до сих пор всплывали в воспоминании. Ну и еще она красива, а красота должна жить, даже если этой жизни ей и мало отмеряно.

– Ну зачем-то же ты ее спас.

– Это был импульс. Необдуманный, – добавил Иэрен.

– Импульс, говоришь, – задумчиво протянул Сейн.

 – Ну тогда я должен тебе кое-что рассказать… То, что поведала мне веуда.

– Ты был у Найны? – удивился Иэрен.

Странно. Обычно веуда встречается с принцем на переходе лун, чтобы поведать обо всем важном, что увидела своим скрытым глазом. Переход случился совсем недавно, зачем же Сейн снова отправился к Найне?

– Она позвала меня.

– Вот как?

А вот это уже интересно. Иэрен ждал, что скажет брат. Обычно Сейн всем делился с ним, особенно когда речь шла о чем-то важном для долины.

По негласным правилам именно Иэрен являлся советником при принце, хоть по праву рождения и не должен был этого делать. Но Сейн больше никому не доверял настолько. А уж советников и вовсе менял постоянно.

– То, что поведала мне Найна, касается спасенной тобой девушки, – отрывисто произнес Сейн. – И ты тоже должен это знать.

Рассказ не занял много времени. А вот лицо Иэрена изменилось до неузнаваемости. Тень ненависти наползла на него, делая почти черным.

Губы же напротив побелели, так плотно он их сжал. А глаза разгорелись желтым, и вокруг них проступила чешуя.

– Она должна быть моей! – сжал Иэрен кулаки и прорычал.

Из ноздрей и рта его валил пар, но Сейн знал, что брат сможет сдержать себя и сохранить свой дом от разрушения. На этот счет он не волновался. А вот внутреннее состояние Иэрена его волновало, но и скрыть правду от него он не мог.

– Зачем она тебе? Пусть доживет свой век в наложницах.