По ту сторону фортуны. Книга 3. По воле случая

– О чем вы говорите, Наташ? – негромко спросила Светик. Непонимание сути разговора для неё неприемлемо, нужно обязательно воткнуть хоть какую-нибудь фразу.

– Да так… Брит считает, что я должна оставить всё себе, такую красоту продавать нельзя. Ещё велела не слушать подруг, которые ни черта не понимают в антиквариате, – я с вдумчивым видом высказала это Свете.

Она удивлённо распахнула глаза:

– Серьёзно?.. А она-то сама разбирается?

Я засмеялась и обняла её.

– Да ну тебя, Натка! Тебе верить – себя не уважать, – она нарочито грубо оттолкнула меня, фрау Майер усмехнулась.

– Учи языки, Светик, – наставительно сказала я. – Ладно, вы тут работайте, а я по соседям пройдусь, может кто-то подскажет, что тут случилось. Да и время обеденное, что-нибудь поесть сообразите.

– У нас ещё лишний рот в виде Густава, а к нему солидная утроба. По-моему, он опять в бассейне бултыхается, – проворчала Света. Если сами мы могли обойтись лёгкими перекусами, то из-за мужчины приходилось готовить мясное каждый день.

Я взяла деньги и корзинку и вышла из калитки. Моя Тоскана поднималась вверх брусчатой улочкой, с двух сторон окаймлённой рядами старинных домов. Привязанность к Фьезоле оказалась сильнее любых цепей и канатов. Влюблённая в этот край, сроднилась с вековыми строениями, душа взлетала высоко-высоко, в лазурную синь неба, от осознания того, что я здесь своя!

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Однажды я прочитала в какой-то книге об Италии, что в этой стране настолько бережно относятся к постройкам, что трёхсотлетний дом считается новым.

Именно по этой причине в первую очередь направилась к соседям. Их жильё тоже было очень старым и, возможно, они владеют какой-то информацией.

С пожилой синьорой Фелисой у нас сложились замечательные отношения с самого начала моего самостоятельного проживания в Тоскане. Добродушная и открытая, как все итальянцы, она частенько заходила ко мне. Во время моего отсутствия синьора Фелиса по-прежнему присматривала за нашим домом.

Когда я жила во Фьезоле, то постоянно бегала к ней за сыром, молоком и фруктами. Раз в неделю рассчитывалась за покупки, а она была довольна этим приработком и накидывала поверх корзины ещё гору винограда, персиков или цитрусовых, в зависимости от сезона. Завидев меня, её супруг, синьор Алберто, тут же подскакивал с возгласами «Уффа! Ла Реджина!» (Королева). По жизни вечно недовольная своей внешностью, поначалу мне это резало слух.