СатАна. Пламенная душа. Том 1

Тезидий же тем временем продолжал:

Плывём мы тихо, гордо По медленной реке;

Огни родного дома Сверкают вдалеке…

Но не вернуть обратно Тех сказочных времён;

Всё светом звёзд объято – Мы растворились в нём…

Сквозь сотни разных судеб Несёмся мы вперёд

И ничего не будет Среди ночных высот —

Лишь только сумрак тёмный И мёртвый свет в дали,

Но всё равно плывём мы В потоках злой реки

Прочь от земли…

Второй куплет был завершён, однако проигровка уже не казалась столь мелодичной. Она становилась надрывной, горькой.

Да и голос поэта вдруг преобрёл лёгкую хрипотцу, словно испытывая на себе все терзания, обозначенные в песне.

Мы гаснем тихо, гордо, Как солнца тусклый свет,

И ничего не помним – Назад дороги нет.

Среди извечной ночи Незыблимых высот

Всё ускользаем прочь мы, Забыв земное всё.

Сквозь звездопад прекрасный, В злом сумраке огней

Летим мы и напрасно Нас вновь зовут к Земле —

Тот зов мы не услышим, В остывших облаках,

Лишь устремимся выше Угаснув навсегда

В немых мечтах…

Атмосфера всё нагнеталась.

Рандлея в руках Тезидия всё чаще начала выдавать тяжёлые, совершенно низкие ноты. Однако темп песни при этом, казалось, лишь нарастал.

Мы умираем гордо, Мы выбрали свой путь!

И нам уже не больно – Лишь в вены въелась ртуть.

И мы летим сквозь небо, Спасаясь от Земли,

И не хотим мы света – Мы ищем пустоты!

Здесь сотни разных судеб И тысячи имён —

Но нас уже не будет, Мы растворились в нём —

В том дивном мёртвом мире, Угаснувшем в тиши,

И вместе с ним сгорим мы Огарком от свечи

В пустой ночи!

Это был крик, который могла издавать, пожалуй, лишь сама душа, рвущаяся на части.

И вместе с тем он был мелодичен, прекрасен, чист. Как неимоверный шторм, рисующий радугу на горизонте.

Тезидий не давал публике расслабиться. С каждым разом его проигровки становились всё короче, а голос – всё напряжённее. В этот раз в промежутке между куплетами поэт обошёлся лишь парой коротких нот – после чего музыка вновь лавиной грянула на слушателей.

И никогда не встанем Мы больше на войну;

Огни пустого Рая Угаснут пусть в дыму!

Нам ничего не нужно – Исчез проклятый груз,

Теперь страданья чужды Скопленью мёртвых душ!

Всё резко стихло. И лишь еле различимая грустная мелодия на фоне не менее печальных слов давала понять, что песня ещё не окончена. Были необходимы завершающие строки. Строки, что уже не пел, а лишь тихонько читал уставший, казалось, от всего в этом мире человек.