Конец игры

То, что случилось в ту ночь, нужно было мне, а вчерашняя ночь была нужна тебе. Ты поняла меня?

Она долго молчала, прежде чем проговорить:

– Ты прав. Будем считать, что это был своего рода сеанс шоковой терапии.

Что-то промелькнуло в его глазах, она не поняла, что. Он отвел взгляд, а когда снова посмотрел на нее, его глаза ничего не выражали. Голос тоже был бесстрастен.

– Ты хорошо выразилась: шоковая терапия. Естественно, ты можешь не беспокоиться: Максим ничего не узнает.

Она вспыхнула и почти с ненавистью посмотрела на него.

Удивительно, но за все утро они ни разу не заговорили о Чингизе, словно не узнали вчера о его страшной смерти. И только когда после завтрака они поднимались к себе в номер, Амир проговорил:

– Нужно позвонить Максиму.

Наргиз побледнела как полотно. Ноги мгновенно сделались ватными.

– Я не смогу. Я не смогу ему это сказать.

– Хорошо, я сам ему позвоню.

Мобильник, который он оставил на кофейном столике, по-прежнему был отключен. Стоило включить его, как тут же раздался звонок. Звонил, конечно, Максим.

– Что, черт побери, происходит? – его тон был резким, так не похожим на его обычный мягкий и спокойный голос. – Почему я не могу дозвониться до вас со вчерашнего дня, и почему нет звонка от вас?

– Прости, Максим, мы не хотели сразу сообщать тебе… Боюсь, что у меня плохие новости. Вчера полиция обнаружила труп Чингиза.

– Что ты сказал? – вмиг осевшим голосом спросил Максим.

Амир покорно повторил. На том конце провода долго молчали, а потом раздались гудки.

Через десять минут звонок повторился.

– Передай трубку Наргиз, – потребовал Максим.

Наргиз дрожащими пальцами схватила мобильник и едва узнала голос Максима.

– Это правда, Наргиз?

– Да, правда, – выдохнула она и заплакала. Слезы градом лились из глаз, не принося облегчения. Сквозь рыдания она снова услышала голос Максима.

– Я первым же рейсом вылетаю в Нью-Йорк.

Она кивнула головой, словно он мог видеть ее. Слезы продолжали катиться по щекам, она потянулась за носовым платком, но его в сумке не оказалось. Уловив ее движение, Амир достал из кармана пиджака свой, протянул ей и был ошарашен, когда она резко оттолкнула его руку.

– Не смей этого никогда делать!

Ничего не понимая, он потянулся, чтобы самому вытереть залитое слезами лицо, но она отпрянула от него.