Игра со Зверем. Шах королю

– Он там один, а если…

Андриэль оторвал от себя судорожно сцепленные пальцы и жестко сказал:

– Прекрати. Амону сотни лет. За этот срок он научился не впадать в ребячество. Ничего с ним не случится. Я бы больше переживал за Герда.

Рядом судорожно вздохнула другая, не менее взволнованная зрительница. Кэсс оторвала взгляд от происходящего внизу и посмотрела на подругу. Та вглядывалась в молочную пелену, а лицо делалось страшным… Кассандра знала, конечно, что Вилора вампир, но никогда не задумывалась об этой стороне ее сущности.

А зря. Ибо оказалась совершенно не готова к тому, что увидела.

Лицо претендентки стремительно менялось – наливалось восковой бледностью, губы, напротив, делались сочнее и алее. Девушка непроизвольно начала скалиться, а длинные белые клыки сделали лицо хищным. Налет человечности таял, огромные глаза заволокло блестящей, словно ртуть, пеленой. Кэсс с ужасом поняла, что в эти зеркальные бездны можно смотреть, не отрываясь, теряя силу воли и связность мыслей. Не без труда она оторвала взгляд.

Это была и Вилора, и нет – страшное существо, безумно прекрасное и опасное, готовое к решительному шагу в бездну.

Кэсс снова обернулась к Риэлю.

– Я хочу вниз!

– Ну уж нет, Мышка. Мне и так достанется. За нее, – он кивнул в сторону вампирши. – Не хочу получить еще и от Амона.

– Если не поможешь, прыгну! – она перебросила ногу через перила.

Ангел сокрушенно покачал головой.

– Зачем? Я ведь все равно затащу обратно.

– Даже если вспыхну огнем? – шантажистка опасно наклонилась, словно собираясь кануть вниз.

 – Мне нужно его видеть!

– Стой, – собеседник удержал ее и затащил обратно. – Если бы он хотел, чтобы ты видела, то не оставил бы здесь.

– Пожалуйста…

Вместо ответа Риэль стиснул рукам ее виски и что-то тихо сказал. Голова на секунду закружилась, а когда Кэсс открыла глаза, то оказалась в самой гуще схватки. Демоны теснили стаю, которая была плохо выучена, еще хуже организована и застигнута врасплох. Клинки свистели тут и там, но девушка не чувствовала ни толчеи, ни жара взмокших тел, ни запаха крови.

Она оказалась лишь зрителем. Что бы ни сделал ангел, участвовать в битве он ей не позволил. Наблюдательница скользила бесплотной тенью туда, где в молочной пелене тумана слышали яростные крики, знакомое рычание и лязг оружия.

Когда она увидела его, то не узнала. Полуголый, черный, с прилипшими к спине и плечам волосами, безобразными багряными потеками на груди руках. Не имеющий ничего общего с человеком.