Люби меня люби

Прыщавый не врал, на маршруте правда появились контролёры.

Я тронула Прыщавого за плечо, он обернулся – и вот я уже держала двери.

– Штраф тысяча! Ну же, не тупи!

И вот мы уже стояли на остановке. Вместе.

2

За мной шуршали колёса – мой новый друг следовал за мной, щёлкая как семечками всё новыми трюками. Но мне было не до этого – табло у остановки показывало 15:47, а значит, я уже прилично опаздывала.

После очередного щелчка мой попутчик с резким выдохом замолк. Я обернулась – он лежал, растянувшись на асфальте с разорванной штаниной.

Я расстегнула свою кожаную сумку. Это была DKNY, немногое из того, что осталось от моей прошлой безбедной жизни. Я протянула ему пластырь – на работе от химии у меня часто кровили пальцы. Я заметила, что у Прыщавого все коленки были в синяках.

– Не боишься, что случайно что-то сломаешь?

– Уже ломал. Ничего особо не поменялось. Ну не так высоко прыгаю. Пофиг.

Он облизнул наполняющуюся кровью садину.

– Для меня это про кайф, а не соревнование.

Я хмыкнула вслух. Мы были не просто ягоды с разных полей, а с разных мультивселенных.

Он взял пластырь, задержав руку в моей руке.

– Рома. Ромка. Ромбик.

– Ульяна. Уля. Никнейма нет.

Это было неправдой. В школе меня звали умницей, Лениным и… улеем. Дурацкое имя. Назвали меня в честь Ульяны Лопаткиной – известная в молодость моих родителей балерина. Короче, планка сразу стояла высоко.

– А в телеге?

Я не собираясь сдавать свои позиции и нахмурилась, показывая неуместность вопроса.

Он по-свойски использовал мою руку как рычаг и поднялся.

– Классный скейт выбрала. Самый топовый для начинающих.

Я это знала.

– Сестре?

Я молчала.

– Дочке?

Я рассмеялась:

– Оу, бой, я же не настолько старо выгляжу?

Рома обрадовался, что наконец включил меня в разговор:

– Ну знаешь. Мою маму до сих пор принимают за сеструху.

Мы пошли с ним вместе – в центре всё перерыли из-за капитального ремонта коммуникаций, и мы жались на узком тротуаре, от чего я то касалась его локтя, то слышала запах стирального порошка, самокруток, съеденного перезрелого банана и дешёвого антиперсперанта.

От этого становилось щекотно в груди. И мне это не нравилось. Эта случайная встреча давала какие-то ненужные аберрации моему чёткому плану. Я резко остановилась и повернула в арку, во двор.

– Ладно, мне сюда. Бай-бай.