Фосфен

В один из дней нам даже довелось увидеть проплывающую акулу, правда она исчезла в бассейне так же быстро, как и появилась. И ни одной касатки.

Рыжей понравились пингвины – она учила их прыгать на одной ноге, пока я шил ей платье. Одеяния, в которых её прибило, были тёплые не по погоде, а в моих рубашках ходить не comme il faut[1 - приличный, соответствующий правилам хорошего тона], ведь никогда не знаешь, кто и когда придёт в гости из бассейна – один из этих пингвинов запросто мог быть Сэром Нильсом Улафом.

К тому же, сидеть у таящего рядом айсберга было наслаждением. Периодически я отбивал от него куски для бокала виски, не забывая, конечно, напоминать себе о возможных микробах, застывших в его льдах.

Однажды ночью она заплакала. С надрывом – долго и горько. Впервые при мне плакали. Я только в книгах читал о таком, потому не сразу понял, как себя вести – просто присел рядом и стал гладить её по голове. Не был уверен, что это помогало, потому вскоре прекратил. Печаль прокралась в моё сердце.

Помню, тогда я подумал о касатках и мне совсем немного стало легче. Так я сделал потому что не хотел разделять с ней боль – хотел помочь. До сих пор не знаю, прав ли был я? Так или иначе, я спросил, что её расстроило. Она сказала – домой Алула. И я её услышал.

III

В своей жизни я редко покидал пределы дома. Я читал о многих странах и культурах, но мне никогда не приходило в голову увидеть то воочию. Мог ли я оставить дом с его сердцем – бассейном? Я всегда чувствовал ответственность за каждого, кто попадал в него и считал своим долгом помочь.

В этом я видел свой смысл.

Но Рыжая тоже из бассейна. Ей тоже нужна помощь и я решил остановиться на этом. Анфилада хитросплетений, следующих из выводов могла тянуться крайне утомительно и долго: в моё отсутствие в бассейн мог попасть раненый человек или зверь, или нечто, требующее помощи. Но поскольку это лишь предположение, а реальность рано или поздно заставит меня отправить Рыжую домой, я решил действовать – нужно было лишь уменьшить последствия моего отсутствия.

Когда я впервые увидел Алулу, она держалась на океанских волнах моего бассейна с кипой акварельной бумаги и без сознания. На ней была синяя кофта с вышитыми восемью звёздами. Семь из них составляли звёздный ковш, а восьмая звезда – Полярная. Как на флаге Аляски. Той самой, что на севере. И я решил идти туда.

Я долго бродил вокруг клетки.