Фосфен

Мои инфантильность и эгоизм не давали попрощаться с демонами, а они жалобно смотрели на меня и всё понимали. Они кормятся счастьем, и от счастья им хорошо. Но впервые, долг перед чудным созданием меняет многое. Я отпустил демонов в Лес Больших Деревьев, пожалуй, лучшее место из возможных. Там они будут сыты. Они прошли, не задев чертополох.

Вещи мои были в чемодане, а номера всех таксофонов на столе. 234 номера по списку городов и деревень, через которые мог пролегать наш путь. Я так и написал – звоните по порядку и учитывайте, что пустился в путь 12-го августа.

Аптечка на столе, ни в чём себе не отказывайте. Добро пожаловать. Скоро буду.

IV

Ночное небо переливалось перламутром, а юный ветер играл с робинией. Он шептал ей «Тот, кто любит больше» Одена, а я держал руку Алулы и сердце моё билось в такт каждому сиянию Млечного пути. Мы стояли перед тропой, ведущей от калитки дома до Аляски.

Я сделал первый шаг, и Рыжая пошла за мной. Её взгляд был прикован ко мне, а мне казалось, что она может оступиться и держал её за руку ещё сильнее.

Коричневая тропа утопая среди моря полевых цветов и зелени вела за горизонт, уходя в небо. Но нам нужна Аляска. И мы свернули на половине пути по её маленькому ответвлению в сторону гор.

«Куда мы идём?» – спросила Алула в моей голове, потому что мне казалось, что она что-то пропела.

Я решил процитировать её – Домой, Алула, – и она запрыгала.

В моей груди заискрила молния, и я присел на одно колено. Свежий ветер подхватил меня и обдул горящее сердце.

Стало легче и я угостился полногрудным вдохом моего лекаря. Ветер засмеялся.

– Давно я не видел подобного… Куда вы идёте?

– На Аляску, – ответил я. – И спасибо за прохладу.

– Угощайся, – он посмотрел на Рыжую, – твоя спутница прекрасна.

После этих слов Ветер начал играть с волосами Алулы, а она смеясь кружилась и падала в поля гиацинта.

– Твоё сердце горит по ней, не так ли?

– Я не знаю, Ветер. Ты в этом более сметлив.

– С чего ты взял? А, ты про деревья? Послушай, Фрэнк, любовь на самом деле неважна.

Она самая чудесная и красивейшая робиния здесь, но я просто читаю ей стихи. Вот и всё. Важно другое, мой маленький Стиви. Я и без любви живу хорошо. Без неё можно жить и быть хорошим. Ты ведь жил без любви всё это время?

– Нет, я не знал, что…

– Стой, пока ты не зашёл далеко, старина. Вы всегда ставите любовь и одиночество на разные полюса. Но и на мысе Доброй Надежды есть север.