Электрический человек

Не сошел же он с ума настолько, чтобы красить подушечки своих пальцев?! Нас часто настигают электростатические разряды от всяких вещей, прежде всего от этой мерзкой синтетики, которую мы носим. Но чтобы так, до ожогов?! Я спросил, как все это началось. И что же вы думаете? Любовь. Как всегда, любовь – причина всего того странного и больного, что случается с каждым из нас. Или не случается. Этажом ниже в его доме жила прелестная женщина, такая же одинокая, как он. В своих случайных столкновениях в лифте, на лестнице, в дверях подъезда они обменивались обычным «Здравствуйте» – это было типичное безымянное знакомство соседей.

Много раз он хотел сказать ей больше и, прежде всего, узнать ее имя. Но не смог. И вот однажды лифт, в котором они ехали вдвоем, застрял. Отключили свет. Кто застревал в лифте, знает, как это жутко. Вы смеетесь – да, более жуткой ситуации, в которой мы находимся в данный момент, трудно представить, но на миг забудьте об этом, и поставьте себя на место моего пациента, в том лифте, с девушкой, которую он любит. В полной тьме они слушали лишь дыхание друг друга и молчали. Вероятно, жутко было только ей, поскольку он был счастлив быть рядом с ней и чувствовать тепло ее тела. Так прошло пять минут, десять, пятнадцать. Но электричество могли дать в любой момент, и он все же набрался смелости спросить ее имя. «Алиса» – ответила она, и в то же мгновенье лифт рухнул вниз. Он остался жив, и все, что ему досталось от нее за многие годы соседства – это пятнадцать минут дыхания в темноте и несколько последних вздохов при свете. Она умерла, не выдержав мощного удара от падения лифта, и он лишь успел коснуться ее руки. А еще осталось имя, Алиса. Я вот не знаю ваших имен и совсем не помню, как звали его, но ее имя запомнил. С тех пор я много размышлял о том, почему она стала причиной его болезни, точнее, необычных свойств его организма, и пришел к кое-каким выводам, но об этом позже. В больнице, куда его сразу отвезли, сотрясения не обнаружили, ему наложили пару швов на голове, и отпустили домой. А на следующее утро он уже стал таким, каким я его увидел в первый раз – Электрическим человеком. Так я его назвал для себя, поэтому и настоящее имя его забыл. Удивительным было то, что, по его словам, он не сильно переживал из-за ее смерти, будто и не было никакой любви, будто не останавливалось сердце при ее виде и не бросало в пот от ее взгляда – все улетучилось, как нестойкий запах ее духов. Так бывает у детей, не умеющих хранить в своей памяти плохое.