Фиктивная жена миллиардера

Сейчас, сейчас…

Демид потянулся ко мне, я к нему, прикрыв глаза от страха, словно собиралась прыгнуть с парашютом. Плохое предчувствие царапало в груди, за эту шалость я могу дорого поплатиться. Чего доброго, на самом деле упакует в смирительную рубашку и отдаст санитарам.

Разве он не понимал, что сам виноват во всем? Разве не понимал, что из-за его скотского отношения я не могу по-другому? Я не могу просто сглотнуть обиду – я выплюну ее ему в лицо.

Он смял мои губы требовательным поцелуем и резко отпрянул, с отвращением скривившись.

Демид резко схватил со стола салфетку и, отвернувшись, принялся вытирать губы. Вот черт. Я не думала, что настолько горько…

Бросив скомканную салфетку на стол, Демид вцепился пальцами в мой локоть и дернул за собой, поднимаясь.

– Прошу прощения. Мы на минуту.

У меня душа в пятки упала от того, каким взглядом посмотрел Демид мне в глаза – взглядом разъяренного быка.

По залу мимо столов он еще шагал неспешно, но едва мы вышли в коридор, потащил за собой, сокращая пространство широкими шагами. Я семенила за ним, спотыкаясь, путаясь в юбке.

Куда он меня вел? Почему не сказал пару ласковых за дверью зала – там никого не было. Он собрался со мной что-то сделать?

Я в панике заметалась взглядом по коридору – все двери закрыты, нигде никого. Только вазы и статуи молчаливо наблюдали.

Демид открыл дверь в уборную, втолкнул меня туда и заперся на защелку. Здесь было стерильно чисто, все блестело, пахло фиалками. И здесь нас точно никто не увидит…

Он вырвал из моих рук сумочку, достал оттуда смартфон и перевернул ее вверх тормашками над мусорным ведром. Тюбик с горькой мазью вылетел следом за пудрой, влажными салфетками, помадой. Как я теперь сотру мазь с губ? Водой она не смывается!

То, что он не орал, было очень плохо. Или хорошо?

– Нечего выбрасывать мои вещи! – я двинулась к мусорному ведру, но Демид преградил мне путь рукой и всучил сумку со смартфоном.

– Еще один звук – и я за себя не ручаюсь. – Его голос низко рычал, пронизывал меня насквозь опасной вибрацией.

О, надо же, закончились идеи для угроз. Что он мне сделает? Голову в унитаз засунет? Он снял пиджак, положил его на одну из раковин и принялся нарочито медленно закатывать рукава белоснежной рубашки, обнажая мускулистые предплечья с ветками вен.