Народные песни, летописи

]),

В руках своих он шар держал пурпурный[56 - Шар пурпурный. В подлиннике vermeille pume – пурпурное яблоко символ власти, держава.]

И так сказал: «Французов повелитель,

Вот я принес венцы царей земли —

Они твои!» – Дивлюсь я, как доныне

За дерзость он еще не поплатился!

Ведь каждый день себя он не жалеет;

С его кончиной мир настал бы вечный!»

31

«Жесток Роланд! – воскликнул Бланкавдрин. —

Как? Все народы, земли все задумал

Себе забрать он: кто ж его клевреты?»

«Конечно, франки! – молвил Ганелон.

Они его и чтут, и любят нежно,

Никто из них Роланду не изменит:

Он им дарит сребра и злата груды,

Немало сбруй и шелковых ковров,

Коней и мулов, – вое, что им угодно!

Чего ни спросит Карл – он все исполнит,

Роланд Восток и Запад покорит

Державному французскому владыке!»

32

Граф Ганелон и хитрый Бланкандрин

Так долго вместе ехали, что оба

Друг другу дали клятву – погубить

Могучего Роланда; в Сарагоссу

Приехали и там под кипарисом

Сошли с коней, прошли вперед – и видят:

Под сенью ели трон стоит высокий,

Он весь покрыт парчей александрийской[57 - Парча александрийская.

На нем сидит испанцев повелитель —

Марсилий-царь, а тысяч двадцать мавров

Стоят вокруг в молчании глубоком:

Все знать хотят, что скажут им послы.

К ним Бланкандрин подходит с Ганелоном.

33

К Марсилию подходит Бланкандрин,

За руку держит графа Ганелона:

«Привет тебе во имя Магомета

И Аполлина, коим служишь ты! —

Воскликнул мавр. – Поведали мы Карлу

Твои слова, но он ответа не дал,

Лишь поднял руки к небу император, —

Воздал хвалу он богу своему.

Теперь к тебе могучего барона

Сюда прислал он; этот скажет нам,

Согласен ли на мир король французов».

«Ну, говори!» – сказал послу Марсилий.

34

Граф Ганелон успел ответ обдумать,

С большим искусством стал он говорить:

«Храни тебя преславный царь небесный,

Кому всегда молиться мы должны!

Мой властелин велел тебе поведать,

Что должен ты принять закон Христа —

Тогда тебе, как ленное владенье,

Он даст земли испанской половину.