Народные песни, летописи

Молвит граф Роланд:

«Друг Оливьер, вы правду говорили:

Нас всех обрек на гибель Ганелон,

Он взял за то несметные богатства,

И должен Карл жестоко отомстить!

Да, нас купил неверных царь Марсилий,

Но с ним теперь расплатятся мечи!»

92

Чрез горные испанские теснины

Промчался граф Роланд на Вейлантифе,

На скакуне своем. Прекрасен граф,

Ему к лицу доспехи боевые,

В руках он держит острое копье,

Играет им, и к небу голубому

Подъемлет он стальное острие;

К копью значок привешен белоснежный,

И от него до самых рук спадают Златые ленты.

Горд Роланд могучий,

И счастием блистает лик его.

Гарцует рядом друг его прекрасный[94 - Клички коней имеют подчас совершенно определенный смысл, совпадая с употребительными и в наше время. Вейлантиф, конь Роланда, очевидно, назван так от слова weille, veiller – бдительный, зоркий. В тираде 28 упомянут конь Ганелона Ташебрун – «караковопегий», в тираде 109 конь Жерье – Пассе-Серф – «Догони оленя» – и т.

 д.]…

«Ты наш оплот, ты славный наш защитник!» —

Кричат Роланду франкские полки.

Он бросил взгляд суровый на неверных,

С любовью нежной смотрит на французов

И ласковое слово им сказал:

«Товарищи, коней своих сдержите,

Идут себе на гибель сарацины,

Захватим мы великую добычу,

Какой никто из франкских королей

Не добывал доныне». Так он молвил.

На бой дружины начали сходиться.

93

«Не стоит спорить! – молвил Оливьер. —

В свой рог трубить, Роланд, вы не хотели —

Далеко Карл, не знает он, конечно,

Что здесь нам бой сегодня предстоит!

Нельзя винить его и прочих франков…

Вперед, за мной, вперед, мои бароны,

Я богом вас, сеньоры, заклинаю

Не отступать, рубитесь вы сплеча;

Лишь об ударах ныне помышляйте,

Не забывайте клич призывный Карла!»

И грозный клич пронесся по ущельям;

Кто раз слыхал «Монжой и Сен-Денис[95 - «Монжой и Сен-Денис».

Боевой клич французского войска «Монжой!» устанавливается в XII веке; попытка объяснить его происхождение от названий придорожных камней- указателей или от последнего холма на пути паломников, идущих в Рим (Mons gaudii), который являлся последним этапом и мог получить прозвание Mons gaudii – холм радости, – мало убедительна. Характерно, что бургундцы, сохраняя клич «Монжой!», вторую часть его – призыв святого Дионисия, покровителя Франции, заменяют святым Андреем (Saint Andre), а герцоги Бурбоны – Богоматерью (Notre Dame).