Эндервелл: проклятье Найтири

У стен стояли низкие лавочки и столики, заставленные разнообразными флаконами и чашами, под низким потолком висели всевозможные пучки трав и травяных скруток. Помещение отапливалось каменной печью, а прямо посередине стояла большая круглая лохань, наполненная водой. Горячий воздух был пропитан горьким запахом полыни с нотками мяты, и благодаря тусклому освещению и курящимся благовониям создавалась атмосфера некой сакральности и тайны.

Две девушки, одетые в простые хлопковые сорочки до колен, наливали в лохань из глиняных кувшинов какую-то красную жидкость, сильно смахивающую на вино.

Увидев верховную жрицу, они поклонились ей, заведя руки за спину, а Наринэ, бегло кивнув им, подтолкнула меня вперед, к ближайшей лавочке, приказав раздеваться.

Понимая, что спорить бесполезно, я начала стягивать обувь и верхнюю одежду. Раздевшись до белья, повернулась к ведьмам, и спросила:

– Что дальше?

– Снять нужно все, – подняв бровь, медленно произнесла верховная.

– А белье оставить нельзя? Как это повлияет на ход обряда? – жалобно протянула я, мысленно уже представляя, как буду умирать от смущения, сидя в их лохани.

Наринэ с тяжелым вздохом сказала:

– Если я говорю, что нужно снять все, значит, ты не задаешь глупых вопросов, и делаешь, что сказано!

Я раздраженно закатила глаза, и отвернувшись, начала расстегивать бюстгальтер, пробурчав себе под нос:

– А я еще думала, что матриархат – это круто.

Когда с бельем было покончено, ведьмы усадив меня в горячую воду, которая опьяняюще пахла терпким вином и травами, стали наносить на кожу какие-то бальзамы, втирая их в тело жесткими мочалками из растительных волокон.

Одновременно с этими действиями они тихо читали нараспев какие-то странные слова, смысл которых был для меня непонятен.

Когда с растираниями было покончено, Наринэ, все это время стоявшая перед лоханью, подала мне чашу с каким-то настоем. Сделав глоток, я закашлялась – до того крепким и горячим оказался этот травяной напиток.

С трудом допив до конца, я отдала чашу обратно, и мне приказали выходить. Встав из воды, прикрыла руками грудь и направилась к лавочке, на которой вместо моей одежды уже лежала белая сорочка из тонкой, просвечивающей ткани. Я взяла ее в руки, с подозрением рассматривая, и спросила:

– Что это?

– Твой наряд для проведения обряда, – ответила верховная.

– Мне нужно надеть это на голое тело?!

– Не задавай вопросов, на которые и сама знаешь ответ.