Вера творит чудеса

Потом потянулась и встала, всем телом ощущая, что наступил первый день ее новой жизни, жизни, в которой больше нет места ни Ленке, ни Олегу.

Умывшись и причесавшись, Вера покинула серую постройку, которая позволила ей прекрасно выспаться и иначе посмотреть на некоторые вещи. Ей казалось, что сегодня ее мозг вдруг протрезвел, избавившись от целой кучи ненужного мусора, засорявшего ее голову более десяти лет.

Конечно, любовь к Олегу полностью не ушла из ее сердца, – на это требовалось время, ведь она жила и росла там долгие и долгие годы.

Но теперь Вера чётко ощутила, что истосковалась по нежности и заботе, что она толком-то еще и не познала в свои тридцать лет, что такое, когда мужчина тебя любит. Она привыкла дарить себя Олегу и при этом не требовать ничего взамен.

А теперь ей захотелось, чтобы и ее полюбили, чтобы кто-то спросил вдруг, как она себя чувствует, чего хочет съесть на завтрак, чтобы кто-то нежно притянул ее к себе рано утром и посоветовал одеться потеплее, так как на улице сыро и ветрено.

Природа встретила Веру свежим воздухом, который пах как-то по-особенному сладко. Она стояла и вдыхала его полной грудью, не в силах надышаться. Такого воздуха ей не приходилось пробовать больше нигде, кроме как в Воскресенском.

«И название-то такое необычное, праздничное, рождественское…», – подумала девушка, ощущая, что ее душа готова к новой жизни, готова воскреснуть.

* * *

Вера улыбнулась снова поддразнивающему ее солнышку и направилась в сторону дома Валерия и Людмилы.

– Ну, как спалось на новом месте? – громко поинтересовалась Люся, продолжая заниматься своими домашними делами.

– Спасибо, хорошо, – откликнулась гостья и поспешила предложить хозяйке свою помощь, видя, как та, согнувшись непонятной буквой, почти вниз головой, стоит над грядкой и что-то там пропалывает.

– Не, отдыхай, тебе силы еще понадобятся. А я привыкшая, всё время что-то делаю и по дому, и в огороде.

Мне без работы тяжко, – сообщила Людмила, кажется, почти не беря во внимание свой беременный живот, который требовал не только заботы, но и более трепетного отношения к себе.

– Сорняк, зараза, вылез раньше, чем редис взошёл! – выругалась женщина, краем глаза посмотрев на Веру, которая мучилась при мысли, что не знает, чем помочь беременной хозяйке. – Ну, вот и всё пока, – сообщила она и выпрямилась, – пойдём в дом, я тебя чаем напою.