Всем, кому должна, – прощаю, или От любви страховки нет!

Не зря провела за туалетом несколько часов. – Ты сегодня тоже прекрасно выглядишь. Новая шляпка?

– Да, отец привез из столицы. Я ему сказала, что ты уже месяц ходишь в новой модели, одна я как провинциальная простушка.

Я рассмеялась. Наши отцы в торговле были конкурентами, но это не мешало нам дружить. Зато, ссылаясь друг на друга, мы могли уговаривать родителей потратиться на новые наряды. Разве они потерпели бы, чтобы дочь конкурента была одета лучше собственной? Вдруг кто-нибудь решит, что дела идут не очень, раз ребенок не может позволить себе следить за модой.

В городе мы лучше всех одевались. Даже аристократки нам завидовали, хоть и задирали нос. На сестрах Себастьяна и то были прошлогодние платья. Ходили слухи, что дела у его отца шли не очень, и благородное семейство имеет финансовые затруднения.

В меня эти слухи вселяли надежду. Может, не просто так он проявляет ко мне внимание, а с серьезными намерениями. Ведь не они первые, не они последние из аристократов, путем женитьбы поправляют свое материальное положение.

А деньги у моего отца есть, и за единственную дочь он даст хорошее приданое.

За Мари, например, начал ухаживать Грегори, третий сын лорда Шелуа. Приехал в наш город для прохождения практики после учебы. И у меня были подозрения, что с практики он вернется уже с невестой.

– Идем, а то Грегори уже устал ждать нас на улице.

– Не беспокойся, тебя он способен ждать вечность! – рассмеялась я, и мы вышли.

Возле открытого экипажа у дома нетерпеливо прохаживался Грегори.

Его черные как смоль волосы были собраны в низкий хвост, но ветер уже растрепал несколько прядей, делая его еще привлекательней. Ему невероятно шла военная форма. Не у одной девушки замирало сердце при взгляде на широкий разворот плеч и узкие бедра, обтянутые бриджами.

– Леди, – вытянулся он при виде нас.

Мы с Мари порозовели от смущения. Пусть мы и не имели титула, но Грегори к нам обращался только так.

– Надеюсь, мы не заставили вас долго ждать?

– Ничуть! Теперь я вознагражден возможностью любоваться вашей красотой.

Во всем Кемпридже ни у кого не будет столь прелестных спутниц!

Мы зарделись еще сильнее.

Грегори помог нам сесть в коляску, и мы поехали. В честь праздника дома и лавки были украшены разноцветными лентами. На улицах торговали выпечкой, засахаренными яблоками, леденцами. В воздухе витал запах сдобы и корицы. Ближе к центру движение стало совсем затруднено, и мы оставили экипаж, влившись в гуляющую толпу.