Искусство и родинки

Новоиспеченные друзья, сдвинув на берегу несколько столиков вместе, раскладывали припасенные заранее фрукты и освежающие напитки. Нас было немного: держащиеся за руки Саша с Эриком, ободренная новой компанией Марси, Джек с его непослушными кудрями и экстравагантная Жанна, сестра Эрика. Джек присоединился к нам в последний момент – он был старше меня на три года и являлся противоположностью того, кого можно назвать «душой компании». Но все женские сердца сразу же полюбили его как брата за мягкий нрав и неловкую, угловатую походку.

Он украдкой посматривал на алые губы Жанны, и я едва успела скрыть улыбку, устраиваясь рядом на складном стуле.

– За нас! – воскликнула Саша, высоко вскидывая пластиковый стаканчик. Все вторили ее тосту, и шипучая жидкость мятой потекла по венам. Мы собирались, как и все местные жители, праздновать до утра. Кроме провианта, мы захватили с собой теплые пледы на ночь и костюмы птиц – все загорелись желанием посетить шутливый бал на площади и сочли забавным предстать в определенном образе.

Родители Эрика и Жанны хранили в кладовке мешки с реквизитом и всевозможными нарядами, оставшиеся еще со времен их работы в театре, и с радостью предоставили нам их.

Мы болтали, перебивая друг друга, о разных пустяках. Время неслось стрелой мимо. Издалека уже доносились звуки давно позабытых песен, усиленные мощными колонками. Бородатый мужчина на шезлонге, закинув ногу на ногу, качал головой в такт. Ветерок по-прежнему касался наших лиц холодными руками, но мы, разгоряченные смехом и разговорами, не обращали на него внимание.

Я потянулась за яблоком. Что-то влажное вдруг коснулось моего локтя, заставив отдернуть руку. Опустив взгляд, я увидела лишь собаку, ту самую, которая кругами слонялась по берегу. Ее язык был высунут, и дышала она так, как будто только что пробежала марафон. В моем сердце проснулась жалость: она больше не казалась мне свободной, лишь одинокой. Животное благодарно склонило голову, когда я дотронулась до теплой, твердой макушки и провела кончиками пальцев по длинным ушам.

Она не была бродягой, это точно. Я скользила по выхоленным, отливающим золотом волоскам, и гадала, где же ее хозяева. Не моргая, незнакомка остановила на мне взгляд умных глаз. Ребята одобрительно поглядывали на притихшую собаку. Им она тоже нравилась.

День постепенно сходил на нет, но летнее небо не темнело. Я чувствовала, что друзьям не терпится отдать дань празднику.