Василиса Опасная. Зеркальная маска джанары

– У меня всего семь процентов, – торопливо сказала я, стараясь разрушить эту колдовскую атмосферу понимания и всепрощения. Понятно, что она строит из себя «доброго полицейского», вот только надолго ли ее хватит.

– Семь процентов – это немало, – возразила Барбара Збыславовна. – Этого достаточно, чтобы проявить себя или… навредить другим. Родители рассказали тебе об «Иве»?

Я немедленно кивнула и выпалила:

– Крутая магическая школа.

Женщина улыбнулась и откинулась на спинку кресла, изящно подперев голову рукой и глядя на меня сочувственно и едва ли не с жалостью.

– Тогда я тебе еще немного расскажу о нашем институте, – сказала она. – ИВА – одно из лучших учебных заведений в нашей стране. Пожалуй, лучшее. У некоторых, правда, вызывает сомнения программа Коша Невмертича по обучению…

«Это точно», – ответила я ей мысленно, припомнив, как их расчудесный Кош Невмертич волок меня из отдела полиции.

– …но наши выпускники – лучшие в мире. В мире. Слышишь, Василиса?

– Угу, – ответила я.

– И если Кош Невмертич решил, что ты достойна учиться здесь, тебе придется постараться.

«Вот это – вряд ли, – возразила я про себя. – Дайте только время – и я сбегу. К бабуле».

– Ты зачислена на первый курс, – голос Барбары Збыславовны журчал ручейком, – твоя группа ушла далеко вперед, тебе придется подналечь на учебу. Поэтому мы решили, что обучение полупансионом тебе не подходит. Первое полугодие ты будешь находиться на интернатном обучении.

Я вскинула голову, уставившись на нее.

– Да, – с улыбкой подтвердила она, будто говорила что-то необыкновенно приятное, – до нового года ты будешь жить здесь.

– А выходные?..

– И выходные будешь проводить здесь. Хочешь конфетку? – она взяла со стола хрустальную тарелку, полную крохотных леденцовых конфет в ярких фантиках.

Мне захотелось ударить по этой тарелке, чтобы конфеты разлетелись по всей комнате. Да уж! Методы в этой «Иве» такие же, как в отделе по делам несовершеннолетних!

– Так будет лучше для всех, – Барбара Збыславовна поставила тарелку на стол и закончила: – И для тебя – в первую очередь.

– Значит, я здесь, как в колонии для малолеток! – сказала я в сердцах и вскочила со стула.

– Здесь нет малолеток, – поправила меня она. – Здесь волшебники. Успокойся и присядь, пожалуйста.

Она сказала это негромко и не в приказном тоне, но я послушно опустилась на стул.

– ИВА – не тюрьма, Василиса. Здесь о тебе позаботятся. Сестра будет рядом с тобой.