Высшее наслаждение

Всю энергию она направила в бизнес, в котором весьма преуспела.

Полина точно не могла сказать, чем занимается Ирэна Юрьевна, настолько обширным был круг ее деятельности. Она владела банком, сетью магазинов розничной торговли, двумя торговыми центрами и другой недвижимостью. Вела общие дела с армяшкой, так она называла Абакяна, своего свата, который жил в Лондоне, правда, какие – не рассказывала. Одно было известно: Елизарова очень боялась старика Саркиса. Что вызывало подобный страх, также являлось загадкой.

Впрочем, Полину никогда не интересовали внутренние баталии этой семьи, в особенности сейчас, так как в данный момент она думала только о своих проблемах и способах их решения.

– В общем, Поля, дело в следующем… – Елизарова замолчала на мгновение, потянулась за чашечкой кофе, стоящей на подносе, который Максим поставил на столик. – Берт, похоже, влип.

– У него очередная интрижка?

– Я была бы рада, если бы он просто запрыгнул в постель к какой-нибудь сисястой нахалке, – Елизарова сделала глоток кофе, потом поднялась, подошла к столу и закурила.

 – Но он влюбился.

Полина промолчала, понимая, что комментарии излишни.

– Он весь светится, воодушевлен, – продолжила Ирэна Юрьевна и прищурилась, рассматривая тлеющую сигарету. – Уж я-то его знаю. И могу понять разницу между обычной интрижкой и влюбленностью. Если об этом станет известно Саркису… – она не закончила предложение, нервно прошлась по кабинету.

– Берт в Москве?

– Нет, конечно! В Лондоне. Крутит шашни перед носом у жены! И главное, на глазах у Саркиса.

Сколько раз говорила ему: не следует гадить там, где живешь! Но он же не слушает советов. В общем, помоги узнать, кто она.

– И чего ему не хватает? – спросила Полина, поднявшись.

– А ты почему ушла от Люка? – вдруг спросила Елизарова, дав понять, что ей многое известно о жизни дочери своей лучшей подруги. – От любви любви не ищут. Не так ли, дорогая?

– Все правильно, – нахмурилась Полина. – Но выход есть всегда. Развод, например.

Что ему мешает искать любовь, будучи свободным от брака, который делает его несчастным?

– Саркис не допустит подобного. Он древний, как наш мир, и понятия о браке у него такие же архаические. Если брак, то один и на всю жизнь… Знаешь, как он смотрит на меня, трижды вдову и разведенку? Как на плесень, – едва ли не выплюнула Елизарова из себя. – Помню, на свадьбе Берта и Амины он сказал, что теперь они навсегда связаны друг с другом. Поэтому развода не будет.