И имя ему Денница

Символы старых богов были все не соскоблены со стен и колонн, их глиняные фигуры не убраны, а скульптура с крыльями вдалеке вообще не изображала кого-либо из известных ему богов. Так кто же тогда это был? Таор рванулся туда, чтобы посмотреть, но рука жреца с неожиданной силой его удержала. В первый миг юноша опешил, он и не подозревал, что в старике еще столько сил.

– Кто это? – выдохнул он в пустоту.

– Не важно!

– Я не знаю имени этого бога.

– Это просто фантазия безумного скульптора, который давно умер.

И не бог, и не фараон, и не кто-либо из царского дома. Всего лишь истукан.

– Я хотел бы его рассмотреть поближе.

– Не стоит! Он здесь ненадолго. И мой тебе совет, если увидишь его еще где-либо во дворце, на любом новом месте, просто пройди мимо, не присматривайся к нему, не задерживайся рядом.

– Он мне понравился.

– Не тебе одному.

Мерира, как и обещал, вывел его на свежий воздух, воспользовавшись каким-то другим входом, а не тем, через который они пришли. От этого царский дворец вдруг стал напоминать Таору лабиринт.

Здесь было столько входов и выходов, соединенных комплексом переходов и галерей, которые неизменно приводили в новые сады или огромные залы. Пруд был центром каждого сада, в этом цвели голубые лотосы – ранее священное растение. Осталось ли оно священным и теперь, когда боги исчезли? От цветов и воды исходила свежесть, но тяжесть невидимой удавки на шее не ослабевала.

– В этом пруду недавно нашли утопленницу. Говорят, что от воды исходит свежесть смерти.

Зачем жрец ему это сказал? Таор не понял, но пруд действительно производил впечатление очень холодного места, в саду, где властвовала нестерпимая жара. Стены арок рядом были раскалены, а пруд казался жидким льдом.

Кругом росли яблони и персиковые деревья. Таор вдруг заметил, как чьи-то золотые когти срывают с ветки спелый красный плод. Сонливость и усталость тут же, как рукой сняло. Он смотрел на пышные кроны деревьев то там, то здесь, но больше не замечал никаких движений.

Казалось, что сад кишит змеями, хотя видно их не было.

Хотя какое-то скользящее тело светилось в траве, но оно было ярко-золотым. Разве змеи бывают золотыми? Настоящие змеи, а не те, что привиделись во сне. Таор следил за ярким золотым лучом.

– У тебя есть друзья здесь, при дворе? – неожиданно спросил его Мерира.

– Всего один, – он имел в виду царевича Сменхкару.

– А тех людей из дикого племени, которым решил сохранить жизнь, ты, скорее всего, не знаешь даже по именам.