Блуждание. Сага «Исповедь». Книга шестая

Оба помрёте…

Послали кого-то, да только не успел он до соседней деревни доехать, колдун уже тут как тут был. Откуда узнал? О том никто не ведает, может, у них на своих чутьё работает?..

Выгнал всех из дома и ставни закрыл, чтоб никто не подглядывал.

– Ну, здравствуй, бедовая голова! Наслышан я о тебе, что учиться не приходишь?

– Сама кого хочешь научу!

– Так сильна?! Что ж себе не поможешь? Вытолкни его, да и дело с концом, – руки помыл в её крови, улыбается, глаза недобрым огнём горят. – Долго от призвания бегать будешь? Мало нас таких, каждый на счету.

Хорошо так стало, но не долго, живот напрягся, стал как каменный. И, будто, вырывал колдун дитя изнутри тёмной силой своею. Малыш не кричит, не шевелится, крохотный такой.

– Мёртвый?

– Почти. Подумай, нужен ли?!

– Что с ним не так?

– Слепой он. Отдай мне его, себе ещё родишь здоровых и сильных, не таких как этот.

– Что удумал! Чтоб я своё дитя в чужие руки отдала?! Лучше убей меня, не бывать этому!

– Ну, как знаешь. Только не плачь потом…

– Пугать меня вздумал?

– Ох, как запела, а до этого помирать собиралась! – рассмеялся ведьмак. – Сама мне его принесёшь! А пока, пусть подрастёт да окрепнет.

– Не бывать этому! Никогда!

– Да, ты лежи, не кипятись, а то опять кровь польётся, только уже никто не поможет, – руку стариковскую ей на голую грудь положил, как иголками её закололо, загудели протоки молочные от приливной волны.

– Сама принесёшь, да в ножки поклонишься, – сказал, как отрезал, и исчез.

– Нет! Нет! Не будет по твоему! – кричала ему вслед Жюзьен, да только её никто уже не слышал.

Прибежали аптекарь с повитухой, ожидали мёртвого ребёнка увидеть, раз мать так рыдает, ан нет, живой, только слабенький очень. А колдуна и не видать, след простыл. Пупок новорождённому перевязали, помыли, укутали, к груди прикладывают, а из неё молозиво прямо капает, чудеса да и только.

ЧАСТЬ 2. ГЛАВА 6

Когда примчался Реми с доктором, младенец, уже грудь причмокивая, дремал. Опустился перед ними на колени, дрожащей рукой сыночка коснулся, тот глаза и открыл, мутные, непонятного цвета. Ручки малюсенькие, пальчики цепкие, ищут за что ухватиться, поймали отцовский палец и замерли. У Реми от счастья слёзы текут. А позади брат стоит со своей женой, смотрит.