Связь

—Тебе эмоции нужны, Ксюша, адреналин, секс, да что угодно, стряхни ты с себя уже все.

– Действительно… Что нового на работе? Как… Егор? –

– Егор вступил в права начальника и вытрахал нам мозги, честно, ты ведь понимаешь, что он занял это место только потому что ты уехала?

– Угу, – девушка вздохнула. – Мама расстроилась, что я бросила эту работу.

– Надо же дочь не пойдет по ее стопам. Ты ведь никогда не была образцово показательным ребенком. Не ужели переживаешь?

– Ну…я наслушалась много всего, о неблагодарности и так далее.

– Ты уже не станешь идеальной дочерью, забей…– Дальше он слушать не стал, понял, что это границы личного, пересекать которые не был готов.

Тусклый огонёк сигареты летел вниз с четырнадцатого этажа, и становился всё меньше, по телу прошла дрожь. Чужое горе, насколько близко мы принимаем проблемы незнакомцев? Правильный ответ – никогда. Нас оно не волнует. Эта девушка была соседкой, он даже имя её узнал только сейчас, ему нравилось, что она могла говорить ни о чем с ним в лифте.

Тем, что она не была похожа на знакомых ему женщин, в кругу которых он общался чаще всего. «Не станешь идеальной дочерью….»

А он почти стал идеальным сыном, у матери никогда не было к нему претензий, за исключением одной. Почти был идеальным другом, пока не сказал, что девушка у него тусклая и он совершает ошибку. Мужчина хмыкнул. Разговор на балконе продолжался. Молодой человек зашел в спальню, подумав, о том, как часто дети не оправдывают надежд родителей, но понимают ли родители, что они тоже не оправдали надежд своих детей.

Он закрыл глаза, и сам не заметил, как уснул.

Простая девушка, но самые простые девушки иногда сложнее любого пазла.

Ксения же грелась горячим чаем, наслаждалась прохладной ночью, и думала о словах подруги, да, она не стала и уже не станет идеальной дочерью.

Прикрыв глаза, она вспомнила детство, ей было около 7 лет, а ее мать стояла мужчиной и о чем—то спорила, как он начал уходить, а мама побежала за ним. Девочка сидела на площадке долгое время, понимала, что произошло нечто плохое и мама ушла, она боялась плакать, её всегда ругали за слезы, нельзя было плакать если тебе не больно, нельзя шуметь, если мама работает, нужно быть хорошей дочерью; когда мать вернулась, прошло около двух часов, заплаканная и пустая, она не взяла Ксюшу за руку, они молча пошли домой.

Женщина не сказала ей ничего, девочка сама разогрела себе ужин, сама сделала маме чай, который та так и не выпила.