Пять абсолютных незнакомцев

Она хмурится, однако я добилась своего: Кайла больше не смеется. У меня под боком Джош расстегивает ремень безопасности и с тихим стоном пытается приподняться.

– Что ты делаешь? – спрашиваю я.

– Хочу достать чемодан: там у меня есть кое-что от порезов.

– Давай я.

Я расстегиваю ремень и разворачиваюсь, чтобы дотянуться до чемоданов. Ручная кладь у Джоша такая же крепкая и неприметная, как и он сам: огромная темно-синяя сумка через плечо зажата между спинкой нашего сиденья и кожаным чемоданом Харпер.

Я пытаюсь выдернуть ее, но Джош хлопает меня по руке.

– Просто расстегни отделение спереди. Возьми оттуда маленькую сумочку.

– Черт, да у нее и правда кровь хлещет.

Наконец-то в голосе Кайлы звучит искреннее беспокойство.

– Спасибо, Мира, – говорит Джош и поворачивается к Кайле. – Ничего страшного не случилось. Пальцы и головы всегда сильно кровят.

– Что я ищу? – спрашиваю я.

– В аптечке должен быть бинт.

– В аптечке? – Я смеюсь. – Ты что, из бойскаутов сбежал?

Он с печальной усмешкой поднимает три пальца вверх:

– Будь готов! Всегда готов.

Как он и сказал, в аптечке и правда лежат бинты. Я достаю пару запакованных мотков. Раскрывается дверь со стороны водителя, и меня обдает потоком ледяного воздуха. Колокольчики сигнализации дзынькают в такт всхлипам Харпер. Из-за ее плеча появляется голова Брекена.

– Нам нужны салфетки.

– Вот, бери. – Я передаю ему бинты и пластырь.

На руке у него ярко выступают красные брызги.

Ужасно, невероятно красные – а может, мне просто так кажется, потому что и Харпер, и Брекен очень бледны.

Они поворачиваются боком, и я больше не вижу их рук. Опять звенят колокольчики. Тихий голос Брекена. Жалобное хныканье Харпер. Я перевожу взгляд на лобовое стекло. Дворники уже почти смыли кровь, оставив лишь бледный алый подтек в самом углу.

– Перевяжите потуже, – говорит Джош.

– Как она? – спрашиваю я.

– Да вроде…

Брекен обрывает себя на полуслове.

Дальше все происходит за секунды.

Нас ослепляет свет фар. Луч бьет не из-за спины, не с другой стороны дороги. Я чувствую опасность еще до того, как вижу машину, что несется перпендикулярно дорожной разметке. Не в силах вздохнуть, я наблюдаю, как «Форд Мустанг» пересекает засыпанную снегом разделительную полосу и подкатывается все ближе. Он в нас врежется. Кто-то кричит. Звенит идиотский колокольчик. Харпер и Брекен ныряют на переднее сиденье головами вперед.