Красавица для Чудовища

 – Лучше подумай о перспективах! Ты увидишь столицу, будешь на протяжении нескольких месяцев находиться в высшем обществе! Пообщаешься с самим Королём, а то и женой его станешь! Да я уверена, что ей станешь именно ты, Глафира!

Девушка содрогается всем телом и морщит аккуратный носик:

– Я и думаю о перспективах: терпеть унизительные соревнования с выскочками, которые и ногтя моего не стоят; проходить какие-то испытания; доказывать кому-то, что достойна титула Королевы; несколько месяцев провести вдали от дома, в кругу наверняка скучных людей и, наконец, стать женой ужасного человека.

Омерзительного, неприятного, нагло пользующегося своими властью и положением.

Пока она произносит свою обвинительную речь, зрачки её глаз, впившихся в моё лицо, словно репейник к подолу платья, с каждой секундой становятся всё больше и больше, напрочь вытесняя голубизну радужки.

Госпожа подскакивает с места так резко, что я дергаюсь от испуга, выронив из рук и совок, и веник.

– Сгиньте, подружки! – велит она, направляясь ко мне.

– Но…

– Идите вон! Немедленно!

Девушки, недовольно переглянувшись, направляются к выходу, я же бросаюсь подбирать с пола веник и совок.

– Оставь, – приказывает госпожа, останавливаясь в двух шагах от меня. Утончённый и дорогой аромат господского парфюма проникает в ноздри, приятно кружит голову и напоминает о том, что мне самой подобных запахав не носить. – Встань.

Я подчиняюсь, начиная чувствовать неладное. Зря я усмехнулась. Зря обратила внимание на себя.

Сколько раз говорила мне бабка вести себя в комнатах господ ниже травы и тише воды? Её советов не счесть!

Я смотрю в пол, сцепив пальцы рук между собой, и всё ещё надеюсь на чудо. Надеюсь, что госпожа всего лишь хочет отчитать меня за насмешку над собой. Или наказать? Пусть наказывает! Лишь бы не разглядывала настолько пристально, что я кожей чувствую траекторию её взгляда.

Бесова духота!

– Ну-ка, – алчно выдыхает она и касается своим тонким указательным пальцем моего подбородка.

Толкает вверх, поворачивает моё лицо к солнечному свету, который струится из окна сквозь лёгкий тюль, и негромко замечат: – Как интер-ресно…

– Ничего особенного! – заверяю я, окончательно пугаясь.

– Имя? – требует она.

– Иванна, госпожа Глафира.

– Вот как мы поступим, Иванна. Ты сейчас же пойдёшь и умоешься, а затем сразу же явишься в кабинет моего отца. – Она одёргивает руку, вынимает платок из кармана пышной юбки и вытирает пальчик.