Аленький цветочек. Не та дочь

Чую и мой боевой запал на нет исходит, но прийти в чувство помогает сама девчонка. Не жалея, наотмашь бьет жестокими, злыми словами неказистую родственницу.

– Гордея, ответь честно, давно ли себя в зеркало видела? Ты никак не меньше десяти пудов весишь, даже глаз не видно, заплыли все. Посуди сама здраво, почто тебе такой жених!

Захлестнула обидой от слов горьких, незаслуженных. Высвободила русу косу, взглянула пронзительно на ту, которую с младенчества холила и лелеяла, да и покинула понуро покои Любавы.

Погрустив, повздыхав тяжко решила на том с грустью – тоской заканчивать. Уж так просто взять и сдаться никак не в моем характере. Принялась думу думать, чем столь непростому делу помочь, да и надумала.

Вспомнился сказ о том, что якобы в тридевятом царстве, в тридесятом государстве есть чудо-чудное, диво-дивное золотой венец. И всякий, кто его на себя примеряет, красоту обретает несказанную.

И, словно в ответ на чаянья девичьи, батюшка аккурат в те места по своим купеческим делам собирается.

Стоило ему дочерей созвать, да поинтересоваться что с далекой поездки в дар привести, тотчас заказала венец желанный. Любава тоже непростой гостинец запросила, не много –не мало туалет хрустальный. И лишь младшенькая наша Настенька, любимица отцова, как всегда, учудила. Цветок ей понадобился, да непростой, а аленький. Ну как есть блаженная, так что какой с нее спрос.

Не было ни батюшки родимого, ни единой весточки не прилетало от него долгих два месяца. Извелась от тоски и печали, а вдруг корабль затонул или сам где сгинул.

И что тогда мне поделать, как влюбить Ванюшу без венца обещанного?

И когда уж совсем отчаялась и чуть было не примирилась с мыслью, что не видать мне Ванюши как ушей своих, погожим ясным днем появился во дворе батюшка родимый, цел-целехонек. А следом за ним закатились и подводы тяжелые, доверху груженные товаром и добром чужестранным.

Дрожащей от нетерпения рукой ухватила подарок заветный, сундук кованый, золотом да каменьями украшенный.

Затаив дыхание откинула крышку, а там.. венец лежит-переливается.

Поклонилась батюшке в ноги, благодаря за подарок желанный и долгожданный. Ну, а что хмур да печален, постарел да помрачнел родитель не до того мне нынче. Да вон пусть младшенькая, Настасьюшка, обо всем у него выпытывает, не зря же она из нас самая сердобольная.

Крепко прижав к груди сундучок заветный понеслась в свои покои, мимоходом заприметив, что Любава уши у двери греть вздумала.