Сказки темного города. Сателлит

Просто портрет вызывает у вас негатив, поэтому и решила его уничтожить.

– Как ты это поняла? – в темных глазах засветилось что-то наподобие заинтересованности.

– Не знаю, – пожала я плечами. – Почему-то пришла в голову такая мысль.

– Почитывать меня уже начала, – в голосе зазвучала некоего рода мягкость, и я удивленно посмотрела на Арона.

– Я не умею этого делать, – сухо бросила я. – Меня не учили способностям огненных.

– А ты читаешь не как огненный либер меня. А как стригфаэр. Огненные считывают лишь потаенное, приведшее к гибели кого-то или чему-то подобному.

Так прочитал тебя король. А мы просто можем заглянуть в душу друг к другу, увидев прошлое и боль, или какой-то негатив. Вот так, например.

С этими словами он положил ладонь на стол и ко мне поползла замерзающая дорожка из удивительных узоров. Я завороженно наблюдала за ней, пока она не подобралась ко мне. Испуганно отдернув руки, я посмотрела на мужчину.

– Не бойся. Прикоснись, – мягко проговорил он.

– Больно не будет? – нахмурила я брови, поскольку обожженная холодом ладонь все еще причиняла дискомфорт.

– Не будет, – утвердительно кивнул он.

Я осторожно положила ладонь на поблескивающий иней и в тот же момент словно вдохнула промозглый зимний воздух, который, казалось, проник в каждую клеточку моего тела, заставляя расслабляться и погружаться в некоего рода непонятное умиротворение. Переведя взгляд на Арона, я увидела, как эта дорожка ползет по его руке, плечу, покрывает часть шеи и лица своими ледяными структурированными сияющими узорами.

Ничего более завораживающего я не видела в своей жизни. В какой-то момент он убрал руку со стола, и холодная картина испарилась.

– Ты поэтому подожгла его трость? – спросил он наконец. – Потому, что он бил нею детей? Или же потому, что он бил нею тебя?

– Это так вы считываете? – воскликнула я.

– Да, когда нужно забраться поглубже в голову, – усмехнулся Арон. – Лед некоего рода проводник в таком случае. Ты не ответила. Почему подожгла трость Дориэля?

– Потому, что до ужаса ненавидела этот предмет, которым он бил по рукам за любую провинность или невыученный урок.

– Ты не поняла. Скажи мне, почему ты подожгла? Потому, что он бил конкретно тебя или всех, кто учился в школе? – задал вопрос Арон снова.

– Наверное всех, – подумав ответила я.

Мужчина молча кивнул и проговорил:

– А подол платья ее высочества подожгла почему?

– Господи, вы и такое видите? – недоуменно воскликнула я.