Сказки темного города. Воля

Пес рычит, пытается укусить Стафа, но тот поднимает с земли камень, замахивается и…темнота. Картинки пропали так же быстро, как и окутавший мое сознание туман. Вздрогнув, я заморгала и в ужасе посмотрела на мертвую собаку. Проглотив комок в горле, что есть мочи побежала к особняку. Просто захлебываясь слезами, влетела в запрещенное для меня крыло, прямиком в комнату, в которой по обыкновению графиня любила проводить время за чтением книг.

– Мисс Софи, вам нельзя сюда! – воскликнула Амелия, которая сидела с вышивкой в руках подле графини.

– Что за дерзость, девчонка! – гаркнула графиня, отложив книгу в сторону.

Растерянно остановившись в паре шагов от кресла, я проговорила срывающимся голосом:

– Рики, Рики убили.

Не выдержав, заревела пуще прежнего, держа трясущимися руками маленькое тельце.

– Что значит убили? – графиня нахмурила брови, окинув меня взглядом.

– То и значит, – заскулила я, опустившись на колени и положив пса на ковер. – Голову камнем пробили.

– Да бог с тобой, дитя, – скривилась графиня, явно учуяв кровь животного.

 – Кому это надо?

Помолчав, собираясь с духом, я проговорила тихо:

– Стаф убил Рики. Тот у него что-то стащил был, а Стаф за это ему голову пробил камнем.

– Ты что такое говоришь! – процедила сквозь зубы графиня. – Зачем моему сыну убивать твою собаку?

– Не знаю. Он всегда задирает меня. Игрушки мои раньше ломал. Книги рвал. Я никогда вам не жаловалась. Лошадь мою, на которой я всегда катаюсь, краской какой-то вымазал был так, что едва смоги вычистить ее.

Он…а теперь Рики, – слезы просто рекой потекли по моим щекам.

– Прекрати реветь, – одернула меня графиня, встав с кресла и подойдя ко мне ближе. – Даже если так, – помолчав, проговорила она, пренебрежительно пнув носком мертвого пса, – он хозяин. Решил так поступить – имел на это право. Уберите животное, – брезгливо кивнула вбежавшему в комнату слуге, который тотчас же кинулся к собаке.

– Нет, я сама его похороню, – взревела, ухватив лохматого друга на руки.

 – А вы…вы, – прошипела, едва не стуча зубами от обиды и злости, – у такой матери другим сын и не мог вырасти. Злая, бесчувственная кровопийца.

Едва только я сказала это, как графиня наотмашь ударила меня по лицу.

– С глаз моих долой! Быстро! Пока я не отдала приказ высечь тебя розгами, – процедила она сквозь зубы. – Неделю чтобы не выходила на прогулку. Проследите за этим, Амелия, – обратилась она к экономке и та, ухватив под руку, поволокла меня на улицу.