Призрак из прошлого (Моя темная половина). Часть 4. Конец истории

Монахиня, мягко ступая, подошла к Этель, и поставила перед ней поднос. Когда она сняла прикрывавший его платок, Этель увидела пшеничный пирожок, политый медом, и кувшинчик молока. Но, хотя девушка и страдала от голода в тюрьме, но сейчас вид еды не вызывал у нее даже всплеска эмоций, и она только тряслась от страха. Священник подошел к ней, и положил на голову ладонь.

– Поешь, – тихо проговорил он, – тебе нужно подкрепить силы…

– Силы для чего, святой отец? – по лицу Этель покатились слезы, – для того, чтобы подольше тешить толпу видом моих мучений в пламени костра…?

С трудом выговорив эти слова, Этель все же взяла пирожок, и попыталась откусить от него, но мед словно склеил ее язык, и тот с трудом ворочался во рту.

Давясь и кашляя, девушка все же заставила себя съесть пирожок, запивая его молоком. Она не ощущала вкуса сладкого теста, только бы еще потянуть время. Хотя девушка и понимала, что долго ждать ее не будут. Взгляд ее то и дело обращался на окно, за которым ярко светило солнце – погода сегодня была на диво прекрасная, словно издеваясь над ней.

Как ни старалась Этель, но пирожок закончился быстрее, чем ей бы этого хотелось. Монахиня убрала свой поднос, а потом вытащила из полотняного мешочка ножницы, и несколькими ловкими движениями состригла длинные волосы девушки, которые собрала в узелок. Коротенькие жалкие пряди неприятно защекотали затылок, но Этель уже ни на что не обращала внимания, застыв, словно статуя.

Лорд Джейсон махнул рукой, и к Этель подошел Робин, держа в руках веревку.

– Дай руки, – тихо сказал он, и девушка покорно подчинилась.

Когда жесткая веревка прочно обвила запястья, Этель задрожала сильнее, и ее жалобный взгляд упал на священника и монахиню, но святой отец только осенил ее крестом, а потом набросил на голову капюшон сутаны. Лорд Джейсон шагнул в сторону и указал девушке на дверь.

– Выходим, – проговорил он, – и да поможет тебе Господь, от которого ты отвернулась.

– Ваша милость…, – Этель протянула к нему руки, но Джейсон даже не вздрогнул.

– Выходим! – громче сказал он, и девушка, спотыкаясь на каждом шагу, первой вышла в мрачный темный коридор, где уже ожидали стражники.

Шатаясь, она шла по коридору, но ее взор застилала темнота. Она только слышала свои шаги, и звук шагов за своей спиной, которые отдавались в ее мозгу ударами молота по наковальне.