Голый космос

Впрочем, молодой организм требовал отдыха после первого напряженного дня полета, поэтому Виктор каждый раз быстро засыпал снова.

Утром стали готовиться к высадке – корабль приближался к Труляля.

На завтрак Женя приготовила омлет и испекла оладьи. Гладилин восторгался кулинарными способностями девушки, Павлентий ел, как и вчера, отрешенно. Виктор ликовал по поводу удачного отбояривания от готовки, а капитан сидел мрачнее тучи.

– Не нравится? – спросил его геолог. – Недостаточно натуральный вкус получился?

Сан Саныч не стал осаживать Эдуарда.

Только бросил тяжелый взгляд из-под полуприкрытых век, отчего задиристый геолог умолк.

Когда капитан и старпом заняли места в рулевой рубке, Сан Саныч озабоченно сказал:

– Меня этот толчок беспокоит. Жучка ты так и не нашел?

– Не нашел, – подтвердил Виктор.

– То-то и оно. Я на него надеялся. Выкинули бы, и дело с концом. Похоже, не все так просто. Значит, есть еще какой-то источник воздействия. Предположительно в трюме. И, скорее всего, в этом самом чертовом грузе.

Возможно, у кого-то из пассажиров в личных вещах, но вряд ли. Борис Кондратьевич, источник воздействия локализовать можно?

– Исключено, – ответил компьютер.

– Почему? – спросил Виктор.

– Почему, Борис Кондратьевич? – спросил капитан.

– Воздействие слишком незначительно.

– Ну, вот видите, незначительно, – попытался успокоить капитана Виктор. – Думаю, волноваться не из-за чего.

– Значит, мы сейчас сгрузим груз, а потом будем посмотреть, есть из-за чего или нет, – проворчал капитан.

– Лады, – согласился Виктор.

Пыльные тропинки

6. Притруляление

«Если вы, товарищ курсант, будете очертя голову нырять в гипретоннель, вам в скором времени предстоит познакомиться с нашим мурашкинским кэпом. Мировой мужик, ас своего дела. Нет, кэп – это не сокращение от капитан. Это клинико-экспертный патологоанатом».

Из разбора полетов, проводимого товарищем Полищуком

Труляля открыли на самой заре межпланетной эры.

Трудно представить радость открывашек, обнаруживших планету земного типа – в те времена их, как и зон Златовласки (районов, пригодных для появления жизни) насчитывались единицы, не то, что сейчас, когда есть возможность найти космическое тело практически по любым заданным параметрам. Заселять ее не спешили – природа не радовала глаз, сплошь каменные пустыни да невысокие холмы; климат оказался засушливым, водоемов мало, растительности тоже.