Крылья Хаоса. Первый Ветер

У меня есть подозрения, что в Европе творится магия. Возможно, это зов о помощи. Возможно, чья-то охота. Надо разобраться.

– Ты одна едешь?

– Нет, – Наташа оборачивается от камина и показывает на Дмитрия кивком. – Дима, Рыжий и я. Едем втроём.

– Как ты Рыжего через границу потащишь?

– У него полный пакет документов, – пожимает она плечами, смотря на огонь, пребывая где-то очень далеко.

– Мы едем с вами, – решает Николай.

Давящая сила трогает его голову за ухом, оплетается вокруг предплечий, и становиться ясно, что это: пламя.

Дикое, свирепое. Готовое пожрать его. Николай бы согласился, что после огня всегда остаётся пепел, но в отношении этого огня, уверен строго в обратном – не будет ничего.

– Наташа, мы договорились, – напоминает Николай, ощущая, как ступает по острой грани пропасти. – Вы извещаете нас о каждом вашем перемещении для вашей безопасности, но безопасность обеспечиваем мы, – выделяет он последнее. – Вдобавок, мы работаем совместно.

– Николай, эта поездка могла закончится плачевно из-за ваших проверок.

Если вы попытаетесь мне перечить также и там, то это окончиться провалом и смертью. Поэтому наша совместная поездка – это риск, – Наташа делает ударение на слове "совместная", поля её энергии дёргаются в отвращении и презрении, но это остаётся незамеченным. – Закончатся ваши проверки, тогда, может быть, помимо установленных совместных полуопасных заданий, съездим. А пока у нас в очереди, отпуск, и потом работа над аномальными территориями в Подмосковье.

Николай, наконец, понимает причину её злости. Проверка действительно здорово их поставила под удар. Если лонзги такие – монстры размером с лошадь – и русалки способны превратить воду в лёд или кипяток, и раскроить череп одним ударом, то, что тогда есть ещё дальше? Николай понимал это изначально, убедился здесь, но не знал, как переубедить своё начальство. И ладно бы замешано было только его непосредственное начальство, так ведь этим делом занимались несколько групп, одна из которых, аналитическая, выла, что все это неправда, и тормозила процесс.

– Я сообщу на базу. Устроим, – обещает Николай. Наташа оборачивается через плечо, кивает.

Жгучий огонь отпускает его руки и голову, и остаётся рядом. Николай связывается по спутниковому телефону с базой, затем переходит на общение через небольшой планшет. Общение затягивается на два дня.

Наташа ощущает, как начальство негодует, ругается меж собой, и не хочет отпускать её в Европу.