Ожог от северного сияния

Четвертая через пару минут взгромоздилась Антону на колени, задышала часто-часто в ухо, нашептала жарко о своем исподнем и муже в командировке, предложила немедленно перейти к необременительным связям с острыми ощущениями. Интрижка с замужней в планы Карельского тоже не входила.

Пятая моментально накидалась до невменяемого состояния, в перерывах между стопочками жалуясь Антону на своего бывшего, который «поступил как последняя сволочь и променял ее на куклу с силиконом». И алкоголички без надобности, – уныло думал Карельский, трамбуя обмякшее тело в такси.

Шестая подавала надежды. Антон боялся верить своему счастью: неужели наконец-то повезло, нашлась та самая? Интерес был обоюдным, его пригласили на домашний обед. Воодушевленный, с букетом роз, он попрыгал по лужам в гости. И обед оказался хорош: смена из трех блюд, льняные салфетки, фарфоровая посуда, столовое серебро – все как полагается в приличных домах. Но под строгим взглядом ее отца – полковника в отставке – Антон сразу сник и понял, что пути с шестой кардинально расходятся.

В открытой сумочке седьмой он заметил яркую коробочку, из которой она украдкой вытащили капсулу и поспешно сглотнула, когда к их столу подошел официант. Когда она отвлеклась на меню, Антон ввел название с упаковки в поисковик. Сильный антидепрессант. Портить жизнь заведомо несчастного человека в его планы не входило, как и тратить свое время на очередной пустой вариант. Он оплатил заказ и покинул кафе.

К середине второй недели Антон выдохся окончательно.

На тумбочке затрезвонил мобильник. Дед с проверкой.

– Как успехи? – без предисловий начал он.

– Ну так, – обтекаемо ответил Антон, листая бесконечную ленту фотографий на планшете.

– То есть на примете у тебя никого нет?

– Почему же сразу нет? Есть, – преувеличенно бодро отозвался Антон.

– Жду не дождусь встречи с будущей невесткой. В воскресенье в шесть. У меня. Как, ты говоришь, ее зовут?

– А…

– Все с тобой понятно, – хмыкнул дед. – Я решу этот вопрос.

В трубке раздались гудки отбоя.

Антон взвыл. О нет, только не дочь покойного компаньона. Гренадер в юбке, коня не хватает и хлыста. Судя по тому, как ее матушка «строила» и окорачивала батюшку, Антон после свадьбы прямиком угодит в рабство с лишением всех прав и свобод. Пожизненное рабство, тут без вариантов. Заикнется о разводе, сразу прилетит в ухо.