Пути-дороги. С чистого листа

Главное поливать, не лениться, ведь весенней влаги в земле уже нет. Еще прополола делянку с щавелем, привела в порядок клубнику, занимавшую всю площадь сада под деревьями.

Дед сказал, что мамка моя очень любила сад и постоянно покупала на ярмарках новые растения. И когда-то наш сад был известен на всю округу. Клубнику мама принесла как раз в тот год, когда в семью пришла беда. И моя бабка все эти годы в меру возможностей пыталась ухаживать за садом в память о своей невестке и внучках. Но большинство растений вымерзло года через три, когда выдалась особенно холодная зима.

И из всего сада осталось только несколько яблонь, одна груша и пара вишневых кустов.

Почистила от высохших прошлогодних стеблей заброшенный малинник, подвязала кусты смородины и крыжовника, старые, но обильно усыпанные кистями с мелкими, зелеными зернышками будущих плодов. Кустов было немного, по паре штук, но нам с дедом на варенье хватит.

И опять вся работа оказалась мне откуда-то знакома, подтверждая мои мысли, что никакого отношения к гарему и настоящей Лоле я не имею… Никак не может девушка-наложница, выросшая и воспитанная в гареме, а Лолу украли, когда ей было около трех лет, знать и уметь то, что знала и умела я.

Обедали мы все той же грибной похлебкой. И я поняла, что завтра с утра я должна дойти до реки и поймать хотя бы пару рыбешек на уху. Иначе на одних грибах мы долго не протянем.

– Лола, – окликнула меня Ретта вечером, – я когда капусту рассаживала, у меня несколько корней осталось, хиленьких совсем.

Я их прикопала, чтоб не пропали. Они и сейчас не лучше, но если хочешь, я их тебе отдам. Рассадишь, вдруг вырастут?

Ну, ведь чудо, а не девочка! Капусту я посадила по краю дорожки к колодцу. Рассада на самом деле оказалась еле живая, тоненькие стебелечки, пара желтеющих листочков… Буду верить и надеяться, что отойдут.

После ужина я решила искупать деда. А то жара, лето, а он последний раз в мыльне был еще весной… Нет, я его, конечно, ежедневно протирала, раза три в день переворачивала, массировала как могла, разгоняя кровь, и смазывала пролежни мазью, которую Аниште дала бабка Ага.

Видать хорошее бабка сварила снадобье. Столько лет дед лежит, почти неподвижно, а состояние еще очень даже неплохое.

Самое сложное было донести деда до мыльни и обратно. Мне помогали Аништа и Ванут. Без помощи моих соседей я бы не справилась.