Некромант. Присяга

Некромант. Присяга

Наталия Петровна Нестерова

Ксения, или Ники, штатный редактор и экстрасенс газеты «Пифия», решила, что молодой автор, явившийся в редакцию с весьма ординарной рукописью и представившийся Мерлином, – обыкновенный болтун. Его сообщение о том, что древнее зло вырвалось из склепа, не произвело на нее впечатления. Однако все оказалось не так просто, Ники это поняла, когда прибежала на зов шефа в его кабинет и увидела несостоявшегося автора в бесчувственном состоянии приклеенным эктоплазмой к потолку.

С помощью своего Дара Ники проникла в сознание «Мерлина» и узнала, что он сказал правду. Расследование привело Ники и ее друзей в дрянной дом, где их ждала страшная находка…

Наталия Петровна Нестерова

Некромант. Присяга

Роман

– Ники, зайди!

Кому же понравится окрик шефа, то есть господина издателя, прямо с утра в понедельник?…

Игорь Владленович, человек стопроцентно без малейших признаков парапсихологического чутья, нервно обтирал лысину салфетками.

Я знала, откуда эти салфетки, – из настенных приспособлений в туалетах. Вытащить вместо одной салфетки полпачки – проще простого.

– Да, Игорь Владленович. – Я послушно потрусила к его кабинету, вход в который располагался в коротком тупичке недалеко от поста охраны. Тучный шеф неожиданно прытко меня обогнал и, распахнув дверь, впихнул внутрь так, что я пролетела прямо до крайнего стула и едва успела схватиться за его спинку, чтобы не упасть.

– Э-э-э… Игорь Владленович?

Но прежде чем шеф начал что-то объяснять, я и сама почувствовала неладное. Туго свернутая поисковая сеть развернулась, каждая струнка напряглась и начала звенеть. Кабинет заполняли информация, субстанция и сущность. Ох, не зря я накануне обеспечила себя подпиткой…

Сущность ощущалась сверху.

Субстанция ляпнулась мне на шею.

Я отпрыгнула к стене и воззрилась на потолок.

К потолку липкими шнурами, несколько раз пересекающимися крест-накрест, была приклеена сущность колоритного автора, посетившего стены дорогой редакции в пятницу. Все метр девяносто, волосы до пояса, заплетенные в весьма жиденькие косички, давно и безнадежно вышедшая из моды косуха поверх майки, потертые джинсы с выраженной мотней, кроссовки. Это создание лет двадцати семи пришло к нам с классическим набором бредней.